Так случилось, что убийство на сексуальной почве Дарьи Лукьяненко, девочки из Одесской области, совпало по времени с парламентскими выборами. Поэтому проблема сексуального насилия над детьми была цинично использована политиками в парламентской предвыборной кампании 2019 года.

Тема противодействия преступности электорально благодатная не только в Украине, это проверенный путь к рейтингам даже в благополучных странах Запада. Именно поэтому каждый политик считает, что он разбирается в таком сложном и узко специализированном вопросе как борьба с преступностью. Кандидаты в депутаты наперебой начали предлагать рецепты от «эпидемии сексуального насилия». Но именно в этой теме дилетантов ждет испытание цивилизованностью. Потому что идея «всех преступников казнить, повесить, расстрелять, кастрировать» очень популярна среди населения, но не имеет ничего общего с реальным противодействием преступности.

Химическая кастрация — мифы и реальность

В свой, по факту, последний рабочий день депутаты восьмого созыва проголосовали за введение в систему наказаний «химической кастрации». На волне эмоционального подъема и призывов бороться с «педофилами» 247 парламентариев поддержали привлекательные для избирателей лозунги, которые им предложила Радикальная партия Олега Ляшко в форме законопроекта 6449. Химическую кастрацию депутаты решили применять в качестве наказания ко всем, кто совершает сексуальное насилие над детьми.

О чем не сказали депутатам и что же такое на самом деле химическая кастрация? Это единственный на сегодня клинически доказанный способ лечения психиатрической болезни, которая называется «педофилия». Применять химическую кастрацию целесообразно только к тем преступникам, которые совершили сексуальное насилие над ребенком и при этом больны педофилией.

Применение же принудительных мер медицинского характера к здоровым лицам недопустимо, потому что является пытками, нарушает Конституцию Украины и международные правовые акты. Если говорить простым языком, то представьте себе, что в системе наказаний появится капельница или принудительное удаление аппендицита, которые суд будет назначать здоровым людям. А приговоры судов будут исполнять врачи вместо пенитенциарной системы. Звучит абсурдно. Но ведь химическая кастрация — это тоже медицинская мера, которую применяют только к больным.

Получается, основной миф о химической кастрации заключается в том, что ее считают наказанием. Это не так. Химическая кастрация может применяться параллельно с наказанием к лицу, которое совершило преступление на сексуальной почве против ребенка и одновременно больно педофилией.

Второй миф — все, кто совершает сексуальное насилие над детьми, педофилы. Должна разочаровать, но педофилов, то есть больных педофилией, среди насильников детей не так много. Половые преступления против детей совершают, в основном, психически здоровые лица. А значит, применять к ним лечение в виде химической кастрации не имеет смысла. Такие лица должны отбывать свое наказание в местах лишения свободы, желательно — чем дольше, тем лучше.

Так вот, законопроект 6449, за который проголосовали депутаты 11 июля, строится на мифах о химической кастрации и педофилии.

Важно, что в тот же день двумя минутами позже, почти те же депутаты с единичными исключениями, приняли за основу альтернативный законопроект 6607, который устанавливает совершенно противоположный подход к химической кастрации. Может показаться, что это бессмыслица, но нет — вынужденная необходимость.

Законопроект 6607 поддержали 28 тысяч граждан своими подписями под петицией на сайте Верховной Рады. Поэтому народные избранники были вынуждены хоть как-то отреагировать на это и приняли законопроект за основу, то есть направили его на доработку.

История, законопроекта 6607, написанного специалистами, мелодраматическая, как в хорошем сериале.

Что-то вроде — жили были два законопроекта, один умный (6607), а другой - красивый (6449).

Умный законопроект 6607 был разработан группой специалистов — представителями полиции, прокуратуры, адвокатуры, криминологами, врачами-психиатрами — еще в 2017 году. Но в течение двух лет депутаты его боялись, отправляли на доработку, потому что не готовы были слышать словосочетание «химическая кастрация».

Зато животворящие выборы творят чудеса, и за две недели до решающего сражения на избирательных участках парламент проголосовал не за умный законопроект 6607, а за красивый 6449. Потому что им, как и избирателям, показалось, что «кастрировать всех» — это красиво!

Где и как применяют химическую кастрацию к совершившим преступления на сексуальной почве

Количество стран, применяющих химическую кастрацию к больным педофилией преступникам постоянно увеличивается. На сегодня это США, Великобритания, Германия, Польша, Чехия, Южная Корея, Аргентина, Франция, Швеция, Дания, Россия, Казахстан.

Самой распространенной в этих странах моделью является добровольное применение химической кастрации. Как правило, такое лечение проводится после освобождения из мест лишения свободы или является альтернативой дальнейшему заключению.

Как показывают результаты применения химической кастрации в Швеции и Дании, рецидив совершения преступлений больными педофилией после применения химической кастрации падает с 40% до 5%, в Германии — с 84% до 3%.

Действительно, химическая кастрация не является стопроцентным предохранителем от сексуального насилия, поскольку пониженное либидо не обязательно приведет к уменьшению вероятности повторного правонарушения. Но химическая кастрация сводит такой рецидив к минимуму.

Несмотря на то, что в Европейских странах химическая кастрация применяется как элемент комплексной программы лечения и реабилитации людей, совершивших преступления на сексуальной почве, Комитет Совета Европы против пыток осуществляет мониторинг применения этой процедуры и советует странам применять исключительно добровольную химическую кастрацию. Побуждают преступников к добровольному выбору химической кастрации работа с психологами и законодательство, которое позволяет заменять часть срока заключения на химическую кастрацию или получать другие преференции.

Но по большому счету, применение химической кастрации к больных педофилией — это поиск альтернативы пожизненному лишению свободы. Потому что если такой преступник находится в местах лишения свободы, то нет смысла применять к нему еще и химическую кастрацию в мерах целях. Он и так не имеет доступа к потенциальным жертвам.

Зато, когда преступник выходит на свободу, возникает вопрос — как уменьшить вероятность повторного совершения преступления. И вот на этом этапе выясняется, что среди всех преступников, которые совершают сексуальное насилие над детьми, есть группа с высоким риском рецидива — лица больные педофилией. Именно это обстоятельство побуждает государства к применению химической кастрации.

Если отечественные парламентарии не готовы поддержать пожизненное лишение свободы за изнасилование ребенка, тогда нужно внедрять альтернативную меру для педофилов в виде химической кастрации.

Но не стоит забывать, что любой закон ограничивается Конституцией и международными правовыми актами, а институт «химической кастрации» давно имеет международные стандарты, нарушение которых дорого обойдется Украине.

Цена популистских решений Верховной Рады

Если предположить, что принятый Верховной Радой законопроект 6449 авторства Радикальной партии Ляшко, вступит в силу, то в Европейский суд по правам человека начнут поступать иски против Украины от осужденных за преступления на сексуальной почве против детей. И они эти иски без труда выиграют.

В результате, отбывание немалого срока заключения будет не таким печальным, потому что преступники смогут получить из государственного бюджета ориентировочно от 10 до 15 тыс. евро компенсации за пытки, то есть за принудительную химическую кастрацию здоровых людей.

Но есть и вопрос, кто и как будет зарабатывать деньги на схеме поставок препаратов для химической кастрации. Почувствуйте разницу, как говорится. Одно дело, когда химическая кастрация применяется к больным педофилией преступникам, которых незначительный процент — на них не заработаешь, и совсем другое дело — кастрировать всех, кто совершает преступления на сексуальной почве против детей.

Открытый или закрытый «реестр педофилов»

Столь же популярна, как и химическая кастрация, тема «реестра педофилов». Поэтому политики и этот вопрос не обошли вниманием перед выборами, а затем вместе с тотальной химической кастрацией Верховная Рада поддержала еще и создание открытого реестра лиц, совершивших преступления на сексуальной почве против детей.

Собственно, кроме этих нескольких слов, больше похожих на лозунг, в законопроекте 6449 от Радикальной партии Ляшко ничего о реестре больше написано не было. А значит, неизвестно с какой целью депутаты решили его создать, на основании чего и по какой процедуре туда будут вносить данные, каков объем этих данных, срок хранения информации и многие другие важные нюансы. То есть, кроме лозунгов, в реальной жизни не будет создано ничего, поскольку процедура в законе не прописана.

Вот здесь мы возвращаемся к тому, с чего начинали. Открытый реестр — очень популярная идея среди избирателей, но действительно ли это поможет жертвам сексуального насилия.

Дело в том, что есть две группы детей, которые страдают от преступлений на сексуальной почве. Первая, которая составляет подавляющее большинство случаев — это сексуальное насилие внутри семьи. Вторая группа детей-жертв — это те, кто пострадал от незнакомцев.

Так вот, как показал опыт США, открытый реестр лиц, совершивших сексуальное насилие над детьми, заводит в тень первую группу преступлений, а именно — сексуальное насилие в семье.

Преступления на сексуально почве против детей и без того имеют высокую степень латентности. Правоохранителям, как правило, становится известно только о небольшой их части. Это трудно понять, но больше всего скрывают половые преступления над детьми их мамы, мужья и любовники которых эти преступления совершают.

Так вот, открытый реестр пугает этих женщин своей публичностью. Они боятся, что вся страна узнает, с кем они живут и какие издевательства над ребенком скрывали. Поэтому, открытый реестр, с одной стороны, предупреждает родителей о факте проживания насильника в том или ином районе, а с другой — открытый реестр лишает огромное количество детей-жертв шанса быть спасенными от насилия, не потенциального, а реального, которое уже совершается.

Поэтому, не все так просто и очевидно в противодействии преступлениям на сексуальной почве против детей.

И вот опять мы имеем дело с поиском предохранительной альтернативы пожизненному лишению свободы.

Ведь если преступник находится в местах лишения свободы, то в реестре — закрытом или открытом — нет необходимости. Зато, если лицо, совершившее сексуальное насилие, находится на свободе, нужно искать пути и способы уменьшения вероятности рецидива.

Есть ли выход?

Конечно, выход есть. Президент может не подписать, принятый депутатами ради рейтингов, законопроект 6449, а вернуть в Верховную Раду со своими поправками и предложениями.

Второй выход, если закон вступит в силу, — это обращение в Конституционный суд о признании положений закона неконституционными.

И третий выход — доработать и принять во втором чтении альтернативный законопроект 6607, который подготовлен группой специалистов с соблюдением Конституции, международных правовых актов, медицинских стандартов и рекомендаций Комитета Совета Европы по предотвращению пыток.

Поделиться: