В Гааге прошли слушания по иску Украины против России. Киев обратился в Международный суд ООН с просьбой ввести против России предупредительные меры из-за того что Москва нарушила две международные конвенции. О финансировании терроризма - применительно к событиям на Донбассе. И о расовой дискриминации – применительно к событиям в Крыму. Слушания длились 4 дня, сначала стороны высказали свои позиции, а после обменялись контраргументами.

О том, что сейчас происходит в Гааге, какие сильные и слабые стороны в позициях Украины и России «Громадское на русском» поговорило с юристом-международником Антоном Кориневичем.

Что сейчас происходит в Гааге? Какие сильные и слабые стороны в позициях Украины и России? 

Сейчас мы имели возможность наблюдать лишь за первым этапом, поэтому говорить о позиции в рассмотрении дела не приходится. Из того, что мы увидели за четыре дня, мне очень понравилось, что украинская сторона готова отстаивать позицию, что не все происходящее на Донбассе это терроризм, – есть понимание того, что это вооруженный конфликт, который имеет свои последствия, но определенные действия на Донбассе могут быть квалифицированы как терроризм. Я очень хочу верить, что украинская сторона действительно может подтвердить юридической аргументацией, что события как трагедия MH17, обстрел Краматорска, Волновахи и Мариуполя – террористические акты, которые собственно во многом породила Российская Федерация финансированием группировок так называемых ДНР и ЛНР. Мне кажется абсолютно правильно украинская сторона заявила о наличии дипломатической переписки с РФ и о том, что было около 40 раундов переговоров или попыток переговоров между нашими странами. Это безусловно будет очень важным моментом на юрисдикционной стадии дела, то есть когда Международный суд будет решать имеет ли он юрисдикцию слушать это дело. На самом деле позиция Украины была абсолютно логичной, обоснованной и каких-то особо слабых моментов заметно не было. Позиция России оставила более неоднозначное впечатление. Рядом с абсолютно «логичными» для Российской Федерации заявлениями о том, что на востоке Украины идет гражданская война, о том, что украинская армия размещает танки в жилых кварталах и вызывает этим огонь на себя так называемых ЛНР и ДНР, – рядом с этими вполне «логичными» заявлениями слышать о оружии в шахтах действительно просто смешно. Это граничит то ли с непрофессионализмом, то ли с ненадлежащим отношением к данному судебному процессу. Понятно, что оружие в шахтах на Донбассе действительно возможно, отдельное стрелковое оружие может храниться под землей еще со времен Первой мировой войны, но, когда мы говорим о тактических ракетных установках, когда мы говорим о системах залпового огня, когда мы говорим о 700 танках – это очень несерьезный аргумент. Я действительно не понимаю, как Россия может приводить такие аргументы в высшем судебном органе мира. 

Насколько велики шансы Украины на принятие решения в нашу пользу? И если Международный суд ООН действительно примет положительное решение в пользу Украины – каким образом мы сможем его использовать в дальнейшем? 

Шансы есть, потому что позиция Украины была представлена на надлежащем уровне. Другое дело, что временные меры, которые Украина просит суд назначить, довольно сложно будет проверить. Как проверить, прекратила ли Россия поставки вооружения через границу, прекратила ли поддерживать ДНР/ЛНР или так называемых «харьковских партизан», прекратила ли она дискриминацию крымских татар в Крыму? С другой стороны, есть и очень конкретные вещи, например, запрет Меджлиса, деятельность которого довольно легко возобновить принятием нормативно правовых актов. Важно, что украинские требования по временным мерам очень похожи на украинские требования по основному делу. На самом деле, если суд не назначит временные меры, то ничего плохого не произойдет. Но считаю, что шансы у Украины есть – будем ждать решения суда. 

Поделиться: