Движение на Восток: чего ожидать от саммита НАТО в Варшаве

Не надеяться от НАТО больше, чем Украина может ожидать от самой себя в ее нынешнем положении — это позволит избежать #натозрады после саммита Североатлантического альянса в Варшаве на уровне глав государств и правительств стран-членов, который состоится 8 — 9 июля. Вряд ли он принесет Украине что-то, что будет соизмеримо с тем грузом и вызовами, которые она взяла на себя как полигон для апробации Россией современной гибридной войны. Но в любом случае Украине  есть над чем задуматься и есть над чем работать — совместно с НАТО.

Альянс будет дальше шлифовать формулы противодействия угрозе со стороны России, хотя открыто ее  не провозглашают врагом, оставляя возможности для диалога. Который впервые за два последних года попытались восстановить в апреле этого 2016. Тогда Россия и НАТО провели совместное заседание, результаты которого генсек альянса прокомментировал так: «Страны НАТО и Россия придерживаются различных взглядов».

Подтверждение политики «открытых дверей
Ожидается, что на саммите в Варшаве альянс подтвердит готовность принять в свои ряды Македонию, Боснию и, вероятно, Грузию. В последней больше шансов получить в той или иной форме — завуалированной или буквальной — подтверждение того, что однажды двери альянса откроются для нее и закроются только за ее спиной. А вот Украина на это, вероятно, рассчитывать на этом саммите не может.

По информации из дипломатических источников, сейчас идут баталии вокруг того, будет ли содержать финальное заявление по итогам заседания в польской столице ссылки на решения саммита НАТО в Бухаресте, где альянс признал, что не только Грузия, но и Украина станут его членами одного дня.

Не будет лишним напомнить, что именно было сказано в итоговой декларации того саммита «НАТО приветствует евроатлантические стремления Украины и Грузии относительно членства в НАТО. Мы согласились сегодня, что эти страны станут членами НАТО».

Итак, если для Грузии найдут какие-то приемлемые формулировки и без ссылок на Бухарест, если очень будет нужно, то для Украины его могут вообще избежать. Это обусловлено не только очередной попыткой умиротворить российского агрессора.

О том, где проходит граница между допустимым компромиссом и унизительным подчинением перед грубой силой Кремля, внутри альянса есть разные мнения. К примеру, министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер назвал нынешние учения НАТО в Польше «Анаконда-2016» «лязгом саблями и шумом войны» на фоне проблемных отношений с Россией. По такой логике немецкого топ-чиновника, ссылки на Бухарест для Украины в Варшаве должны быть чем-то вроде «размахивание шашкой» перед самым лицом России.

Впрочем, такое понимание целесообразного компромисса может затронуть не только интересы Украины. НАТО, вероятно, не поддержит инициативу создания «Черноморской флотилии», с которой выступает Румыния. Проект блокирует Болгария. Россия считает, что он подрывает стабильность и безопасность Черноморского региона.

Впрочем, украинская сторона не оставляет надежд, что все же в Варшаве вспомнят о Бухаресте. Это своеобразное contra spem spero украинской дипломатии.

В целом же позиции Грузии и Украины перед этим саммитом существенно и объективно различаются. В отличие от Грузии, в программных документах по внешней политике и национальной безопасности Украины не прописано прямое членство в альянсе. Сейчас на всех уровнях говорится о получении стандартам НАТО, необходимых для вступления в эту международную организацию.

На саммите в Варшаве президент Петр Порошенко представит принятый в мае этого года Стратегический оборонный бюллетень, где прописана программа реформ ВСУ до 2020 года в соответствии с требованиями Североатлантического альянса.

Украинский эксперт по вопросам международной безопасности Григорий Перепелица отмечает, что в прогрессе на пути к натовским стандартам Киев тоже уступает Тбилиси:
«В Грузии при любой власти остается неизменной цель членства в НАТО. В отличие от Грузии, чье министерство обороны ничем уже не отличается от министерств обороны Чехии или Польши, Вооруженные силы Украины остаются советскими по своей сути. Зато в Грузии все военные командующие прошли обучение в военных академиях альянса, владеют свободно английским и переняли натовскую штабную культуру».

Еще один важный пункт украинского-натовского повестки дня анонсировал заместитель министра обороны Украины по вопросам евроатлантической интеграции Игорь Долгов:

«Принципиально новым будет основание платформы по противодействию гибридной войне. Надеюсь, что после согласования центр противодействия гибридной войне откроется в Киеве», — сообщил чиновник.

По тому проекту этой платформы, который известен Громадське.Мир, основной финансовый, как и интеллектуальный груз этих задач будет возложена на гражданское общество, особенно на неправительственные организации. Ожидается, что именно они в сотрудничестве с натовскими специалистами будуь продуцировать идеи и знания, обеспечивать их разработку в рамках полноценных исследований, а платформа будет существовать для координации этого всего процесса.

При этом НАТО, скорее всего, это не будет финансировать, потому что у него есть свои ограничения по выделению средств для проектов в странах, не являющихся его членами, и с которыми он не имеет такого особого партнерства, как, например, с Афганистаном.

Государство Украина это тоже не будет финансировать, потому что, как всегда, чиновники говорят, что на это нет средств. То есть предлагается экономвариант для стратегическим вопросам национальной безопасности, который не предусматривает должным образом профинансированных, профессиональных исследований.

Как показывает опыт Объединенного центра передовых технологий  киберобороны НАТО в Таллинне или Центра стратегических коммуникаций НАТО в Риге, годовой бюджет таких учреждений для осуществления реальных исследований – это, по меньшей мере, несколько миллиардов евро в год.

Заметим, речь идет о системных долгосрочные исследованиях, а не однодневные форумы для экспертов или печать пиар-материалов. С последним в Украине уже давно проблем нет. Для запуска механизма исследований нужен не только интеллект, но и средства.

Закрывать дальше на это глаза — значит жить одним днем, надеяться на «авось» и снова перекладывать часть государственной работы на плечи гражданского общества. В то же время НАТО заинтересован в тех знаниях и опыте, которые получила Украина в гибридном конфликте с Россией. Итак, можно надеяться, что из этого взаимного интереса появится таки конкретика.

Игорь Долгов отмечает, что на заседании комиссии Украина-НАТО в Варшаве систематизируют уже наработанные инструменты сотрудничества, в частности будет утвержден комплексный пакет помощи.

Новый взгляд на коллективную оборону на восточных границах
На саммите в Варшаве альянс будет переосмысливать дальше свои подходы к коллективной обороны в свете российской угрозы. Страны будут определяться с окончательной количеством и мест дислокации дополнительных нескольких тысяч человек, которые на ротационной основе будут нести службу в странах Балтии и Польше.

После саммита НАТО в Уэльсе созданы силы быстрого реагирования, а количество обычных Сил реагирования (Nato Response Force) увеличилась вдвое — до 40 000. Как это все будет работать, будет координироваться, как и кто будет проводить ротацию, сколько воинов смогут отправить те или иные страны- члены — эти вопросы будут решаться в Варшаве.

К февралю 2017 НАТО развернет танковую бригаду в странах Балтии и Польше с тыловыми пунктами в Румынии и Болгарии.

В этом процессе достаточно лакун и вызовов. После учений «Анаконда-2016» в июне этого года в Польше, в которых приняли участие военные из 24 стран НАТО и были задействованы все виды войск, командующий Вооруженными силами США в Европе генерал-лейтенант Фредерик Бен Ходжес в интервью немецкому изданию «Die Zeit »открыто признал, что у России  есть  возможности быстрее захватить Латвию, Литву и Эстонию, чем США доставить туда свои силы быстрого реагирования:

«Россия могла бы быстрее захватить балтийские страны, чем мы бы там оказались, чтобы их защитить».

Он согласился с выводами военных экспертов,  что российская армия смогла бы захватить основные города страны Балтии за 36 — 60 часов.

Бен Ходжес также раскритиковал альянс за то, что сейчас тяжелые вооружения перебрасываются из Западной Европы на восточные границы НАТО недостаточно быстро. Недоволен он был и средствами связи, которые использовались во время учений: электронную почту и радио можно легко перехватывать.

Кибербезопасность: пятое пространство борьбы

На саммите в Варшаве альянс должен объявить киберпространство пятым местом боевых действий в дополнение к земле, воздуху, морю и космосу. Это означает, что враждебные действия в виртуальной реальности могут быть приравнены к вооруженной агрессии против страны-члена НАТО и быть основанием для задействования статьи 5 Североатлантического договора, согласно которой вооруженное нападение на одну страну альянса означает нападение на всех его членов.

Ядерное оружие: из маргинеса на повестку дня
В 2016 году НАТО задействовало в военных учениях в Греции самолеты F-15E Strike Eagles, которые могут переносить ядерное оружие. Обычно эти военные воздушные суда базируются в Англии. Это можно рассматривать как некое напоминание России, что у НАТО есть ядерное оружие в Европе и как контр-ответ на аналогичные учения российской армии с привлечением таких вооружений. Сегодня на повестке дня альянса стоит вопрос интеграции обычных и ядерных вооружений.

Кроме того, на саммите НАТО будут пересматривать решения 2010 года о формировании системы противоракетной обороны в Европе, по которой Россию неоднократно уверяли: эти системы ПВО не направлены против нее.

Противодействие исламистскому экстремизму
Между саммитом в Уэльсе 2014 и саммитом в Варшаве 2016 состоялась фундаментальное изменение: страны альянса должны бороться отныне против еще одного опасного врага — «Исламского государства». Противодействовать ему только традиционными военными средствами невозможно. НАТО будет определяться с тем, как помогать возглавляемой США международной коалиции, которая сейчас проводит воздушные военные операции против ИГ на Ближнем Востоке.

На повестке дня Варшавского саммита также будут подниматься вопросы сотрудничества с Афганистаном и вообще, противодействие угрозам безопасности, идущих из Северной Африки и Ближнего Востока, то есть в контексте этого беспокойного региона будут говорить не только о «Исламском государстве».

В польской столице будут определяться также с тем, каких результатов страны-члены добились в деле увеличения расходов на оборону до 2% ВВП. Заметим, даже такая успешная страна, как Германия, тратит на этот сектор пока около 1,2% ВВП. Итак, у всех — и у Украины, и в НАТО — будет много работы и в Варшаве, и после нее.

Жанна Безпятчук

Поделиться: