Анастасия Канарева, Богдан Кинащук

Уже более двух месяцев грузы из украинских предприятий, расположенных в самопровозглашенных «ДНР» и «ЛНР», не пропускают на контролируемую украинским правительством территорию.

В конце января активисты и бывшие участники АТО при поддержке народных депутатов от «Самопомощи» заблокировали железнодорожные и автомобильные пути на линии разграничения. Тогда руководители непризнанных «республик» захватили все крупные предприятия, которые до этого платили налоги в украинский бюджет. В ответ официальный Киев принял решение остановить любой товарооборот с предприятиями на территории т.н. «ДНР» и «ЛНР». На смену «блокадникам» пришла полиция и Нацгвардия.

Как эти события повлияли на жизнь простых рабочих крупных предприятий Донбасса — в седьмой серии спецпроекта Громадского «Серая зона».В конце января активисты и бывшие участники АТО при поддержке народных депутатов от «Самопомощи» заблокировали железнодорожные и автомобильные пути на линии разграничения Фото: Громадское

В феврале сторонники блокады построили редут «Кривой Торец» в селе Щербиновка вблизи Торецка, прямо на железнодорожных путях, заблокировав поезд, нагруженный углем из шахт неподконтрольной территории.

Именно этот железнодорожный перегон пытались разогнать неизвестные, угрожая «блокадникам» бензопилой. После решения Совета нацбезопасности и обороны сторонники блокады покинули железнодорожный перегон, однако на смену им пришли офицеры полиции и Нацгвардии.

Когда мы приехали, то попали на обед. Правоохранители на камеру общаться отказались и попросили не снимать вблизи спецтехнику. Говорят, пока имеют приказ просто оставаться здесь.

На смену «блокадникам» на железнодорожном переезде вблизи Донецка пришла полиция и Нацгвардия Фото: ГромадскоеСпецтехнику просят не снимать Фото: Громадское

«Блокадников прогнали — груз ушел. Здесь полиция была, чтобы они обратно не вернулись. Пару составов прошло, я как раз ночью работал. Но я не видел, что там идет, мне оно не надо», — рассказывает Артем, надзиратель железнодорожного перегона.

Его находим в домике у самых путей, он говорит, что за это время уже устал от журналистских телекамер. По словам мужчины, в ту ночь, когда «блокадники» ушли, через перегон успели проехать несколько поездов, груженных углем со стороны т.н. «ДНР».

Сейчас грузовые перевозки снова остановлены — на этом участке за день проходит только две электрички, курсирующие по контролируемой украинским правительством части области.Надзиратель железнодорожного перегона устал от журналистских телекамер за период «блокады» Фото: Громадское

«Теперь неизвестно, вообще будем ли работать здесь»

«Вот наши инструменты, смазка... Да, у нас тут жарко...» — Наталья, которой немного за 30, собирает тяжелые металлические инструменты. Мы встретили ее «под землей» — в помещении, в котором к коксовым печам подведены газовые коммуникации.

Наталья родилась в Авдеевке и живет здесь всю жизнь. Училась на швею, но уже много лет каждый день в 8 утра приходит в цех коксохимического завода, где обслуживает коксовое оборудование. Работают здесь в основном девушки. Работа тяжелая физически и вредна для здоровья, однако другую в городе найти непросто.

Наталья уже много лет работает на Авдеевском коксохимическом заводе Фото: Громадское

«Я пришла на завод в 23 года. Мама мне говорила: зарабатывай стаж, пока молодая. Стаж я уже наработала. Думала после этого найти какую-то получше профессию, но... помешала война, — говорит Наталья. — А теперь вообще не знаю, будем ли мы вообще здесь работать из-за этой блокады».

Работа на коксохиме тяжелая физически и вредна для здоровья, однако другую в городе найти непросто Фото: ГромадскоеФото: Громадское

Предприятия Донбасса тесно связаны между собой. Ряд заводов на контролируемой украинским правительством территории зависит от топлива, которое поставлялось из самопровозглашенных «республик». Из-за блокады эти предприятия вынуждены сократить производство, а работники рискуют потерять работу.

Под угрозой оказался и Авдеевский коксохимический завод, где работает Наталья. Это крупнейшее в Европе предприятие по производству кокса для металлургической отрасли. Ежемесячно завод нуждается 70 тысячах тонн коксующегося угля. 25% сырья до блокады поставлялось из шахт, расположенных в т.н. «ДНР» и «ЛНР».

«Мы нашли выход — заменяем недостающий уголь поставками из США и Австралии. По качеству они не уступают, однако их стоимость в 3,3 раза выше отечественного», — объясняет директор по качеству Авдеевского коксохима Григорий Клешня.

К тому же, по его словам, чтобы заключить новые контракты с зарубежными поставщиками, а затем доставить уголь на завод, нужно время. Из-за нехватки необходимого для производства коксующегося угля остановились два цеха. Страдают от этого не только работники, отправленные в вынужденный отпуск, но и оборудование — печи из специального кирпича нельзя охлаждать. Поэтому они разрушаются и коксовые батареи придется заново класть, а это, по словам руководства, будет стоить, сотни миллионов гривен.Директор по качеству Авдеевского коксохима Григорий Клешня Фото: Громадское

Около двух сотен работников коксохима отправлены в вынужденный отпуск из-за остановки цехов. Алексей — один из них. Сейчас он получает две трети зарплаты, а на работу выходит только отмечаться. Его жена работает в больнице, она стала кормилицей всей семьи. Уезжать из Авдеевки не хочет, потому что здесь родительская квартира и вся жизнь — друзья, родственники.

«Нам уголь нужен, а железная дорога перекрыта. Ждем, надеемся, что все будет нормально», — с Алексеем встречаемся во дворе школы неподалеку от его дома.Алексей — один из около двух сотен работников коксохима, которых отправили в вынужденный отпуск из-за остановки цехов Фото: Громадское

Полноценная работа завода так же необходима для бесперебойного функционирования всего города, ведь предприятие подает тепло и воду.

«Угля хватит на два месяца»

«Сейчас я покажу вам, где мы грузили вагоны, а теперь здесь — ничего нет», — с этого Роман начинает нашу экскурсию по Луганской теплоэлектростанции в городе Счастье. Он отвечает за склад угля, который от начала блокады не пополняется.

«Нам нужен антрацит. Этот уголь к нам привозили из шахт «Свердловантрацит», «Ровенькиантрацит». С 1 марта поставки прекратились. Работаем на топливе, которое осталось у нас на складах», — говорит мужчина.

Роман провел экскурсию на Луганской теплоэлектростанции в городе Счастье Фото: Громадское

Руководство электростанции ищет альтернативных поставщиков антрацита заграницей, однако пока новых контрактов не заключили. Луганская ТЭС — единственный производитель электроэнергии на всю область. Если она остановится — без света останутся более 1 миллиона человек с обеих сторон линии разграничения.

Склад угля с начала блокады не пополняется Фото: ГромадскоеЛуганская ТЭС — единственный производитель электроэнергии во всей области Фото: Громадское

Вопрос товарооборота с неподконтрольной частью Донбасса до сих пор остается не решенным. Часть «редутов» на железнодорожных путях продолжают контролировать сторонники блокады. Они выдвигают новые требования к власти, как то освобождение украинских пленных, удерживаемых так называемыми «республиками». Уверяют, что не уйдут до их полного выполнения.

«У нас идет война и искать спад экономического роста или ВВП в результате остановки торговли с боевиками может только дурак», — настаивают на своем «блокадники».

«Серая Зона» — репортажный спецпроект Громадского о последствиях войны на Донбассе, и о том, как изменился регион и судьбы его жителей.

Читайте также этот материал на украинском

Поделиться: