Как российская система победила правосудие

26 октября Верховный суд Российской Федерации рассмотрел апелляцию по делу украинцев Николая Карпюка и Станислава Клыха и оставил обвинительный приговор в силе. Как проходил суд, зачем в Москву приехала Надежда Савченко и на чьей совести, по мнению защиты, сфабрикованное дело выясняли журналисты Громадского.

— Савченко Надежда Викторовна, мне нужен пропуск. Спасибо.

Народный депутат Украины, ранее осужденная в России, в черном строгом пальто, кладет трубку висящего на стене телефона.

Она прилетела рано утром и сразу отправилась в центр, на улицу Поварскую. С девяти утра тут, в холле Верховного суда России, стали собираться журналисты и правозащитники. Через час начнется рассмотрение апелляции на приговор украинцам Николаю Карпюку и Станиславу Клыху, которых 26 мая в Чечне приговорили к 22 с половиной и 20 годам тюремного заключения, обвиним в убийстве российских солдат во время Первой чеченской войны. Надя — единственный украинский политик, приехавший на заседание суда.

— Дайте хоть погреюсь. — Она протискивается между журналистами и заводит разговор с представителем украинского консульства. С украинской прессой здоровается сдержанно, перекидывается несколькими словами, от всех вопросов российской — уклоняется. Для россиян ее приезд — новостной повод пожирней, чем разбирательство над «радикалами из УНСО и «Правого сектора».

Навязчиво любезный работник судебной пресс-службы просит журналистов оставить куртки в гардеробе и подождать, однако уже через пятнадцать минут вещи приходится забрать с собой — мы идем в другую часть здания, куда попасть можно только в сопровождении.

— Вы сюда сами не пройдете уже, понимаете… У нас тут такой полицейский режим, понимаете… Еще, коллеги, просьба не снимать крупно судей и других работников суда, — призывает все тот же работник пресс-службы.

Само заседание начинается с опозданием на полчаса, видео- и фотосъемку запрещают сразу же — вплоть до оглашения приговора. Пытаюсь подключиться к судебному wifi, но не тут-то было: это возможно только при наличии карточки российского мобильного оператора, на которую приходит смс с паролем для входа.

— Понимаете ли, вы вот зарегистрировались — и мы уже знаем, что вы тут были. А то мало ли, что вы там потом у себя напишете. А мы уже знаем, что вы тут были и что-то писали, — объясняет мне еще один «судебный распорядитель», разводя руками.

Операторам, оставшимся в коридоре, тоже скучать не приходится. Московский депутат от «Справедливой России» Дмитрий Захаров охотно комментирует и сам ход заседания, и появление Надежды Савченко, и справедливость российского правосудия.

— Как мы видим, депутат стоит живой, здоровый. С ней ничего не случилось за этот период и, я думаю, не случится. Потому что Россия, в отличие от Украины, правовое государство, где царит верховенство закона, а не право сильного, как в Киеве сейчас. К сожалению. — комментирует депутат Захаров приезд Савченко в суд. Тезис про верховенство закона он будет повторять еще неоднократно для разных российских телекамер.  

НАДЕЕМСЯ НА СКОРЫЙ ОБМЕН

— Вы же видите, где я нахожусь. К кому у меня могут быть просьбы? К телевизору? Надеемся на скорый обмен, — отвечает Клых на вопрос суда о ходатайствах. Карпюк просит рассмотреть ходатайства защиты.

Подсудимых нет в зале суда, они в белой металлической клетке в Грозном, это видно на трех больших экранах, через которые установлена видеосвязь. Позже адвокаты отметят, что содержание в клетке во время судебного процесса было и остается серьезным нарушением прав человека и унижением человеческого достоинства. Станислав и Николай периодически коротко переговариваются между собой, судьям это не нравится.

— Вы пока их тише сделайте, мы их мнение уже выслушали, — дает команду судья-председатель и «распорядитель» выключает звук из клетки. Теперь слово подсудимым дадут только с позволения судьи.

И тут происходит, казалось бы, невозможное — суд соглашается приобщить к материалам дела доказательства защиты, отклоненные в Чечне. Они свидетельствуют о том, что в указанный период времени (декабрь 1994 — январь 1995) Карпюк и Клых находились в Украине и не выезжали за ее пределы (напомним, что Карпюк ухаживал за больной матерью, а Клых сдавал экзаменационную сессию на историческом факультет Киевского университета). Эти документы не рассматривались присяжными, выносившими вердикт.

НАДЕЖДА, ВЫ В РОССИИ. ВАМ НЕ СТРАШНО?

— Надежда, зачем вы приехали в Россию? Вам не страшно? С кем вы согласовывали? Почему вы молчите, Надежда? Вы же понимаете русский язык… Ответьте!

В перерыве российская пресса буквально набрасывается на Надежду Савченко. Здесь все “передовики” федерального телевидения: «НТВ», «Первый», «Россия», «Звезда». Они не дают ей прохода, а приезд называют «попыткой пропиариться». Когда в ответ слышат молчание – обижаются.

— Все комментарии я буду давать после окончания заседания. А сейчас у меня есть 15 минут, и я иду мыть руки.

Надежда, как обычно, резковата, но сдержанна. За ней бежит корреспондент «Комсомольской правды», требующий прислать ответы на его вопросы в письменном виде.

— Это вы мне советовали платье надеть? — переспрашивает его Надя, вспоминая  времена своего заключения в России.

— Нет, это один мой коллега…

Тем временем в коридоре один из российских репортеров нервно раздает кому-то указания по телефону.

— Где Савченко? Посмотри на улице — она может выйти покурить. Проследи.

МОЖНО БЫТЬ ОСУЖДЕННЫМ НА 20 ЛЕТ И ЧЕРЕЗ ДВА МЕСЯЦА ОКАЗАТЬСЯ ДОМА

— У суда совершенно особенная ситуация. В зале Надежда Савченко, которая была осуждена к 22 годам лишения свободы и накануне вступления приговора в силу помилована и освобождена. В зале не менее 10 представителей консульств и посольств зарубежных стран, которые пристально следят за процессом, — напоминает адвокат Илья Новиков, обращаясь к суду. — Если данный приговор останется в силе, это будет позор для российской судебной системы и меня лично как адвоката.

После оглашения вердикта Верховного суда Новиков скажет, что человек, который стоит за этим делом, — это лично начальник Следственного комитета России Александр Иванович Бастрыкин, что суд поставили в ситуацию, когда ему нельзя обидеть Следственный комитет и высокопоставленных силовиков. А еще Новиков напомнит о насмешившей всех за пределами России попытке включить в состав «украинских боевиков в Чечне» экс-премьера Украины Арсения Яценюка.

— И нас с вами, граждан России, считают идиотами или трусами по той причине, что мы верим или делаем вид, что верим в эти вещи, — подытожит адвокат.

***

Коллегия судей оставила обвинительный приговор украинцам в силе. По правде говоря, другого исхода никто и не ожидал — ни адвокаты, ни сами Карпюк и Клых. По словам Доки Ицлаева, представлявшего интересы подсудимых, далее есть три сценария, возможных для освобождения его подзащитных. Первый — обмен военнопленными, каковые периодически происходят между Украиной и Россией. Второй — выдача Карпюка и Клыха Украине для отбывания наказания там по запросу Министерства юстиции Украины. И третий, наиболее долгосрочный по времени — иск в Европейский суд по правам человека, который, по мнению защиты, Россия проиграет.

/Анастасия Канарёва, Богдан Кинащук

Поделиться: