Дмитрий Белобров, Яна Седова

52 244 100 человек. Пик по численности населения Украины за годы независимости пришелся на 1993-й. Тогда по всей стране висели билборды «Нас 52 миллиона». Сохранить и тем более нарастить этот показатель Украине не удалось, — с тех пор количество украинцев неуклонно сокращается.

Сколько сегодня в Украине граждан, почему уезжают за границу и по какой причине возвращаются украинцы, насколько критичен для страны отток трудоспособного населения, и как связаны депопуляция и рост трудовой миграции, — в материале Громадского.

Простые люди

Максим Матвийчук (жил в Киеве) уехал в Эстонию учить детей футболу в прошлом году, вскоре после принятия безвизового режима. Проблем с трудоустройством, по его словам, не было, бюрократические процедуры много времени не заняли. Он получил разрешение на работу, потом вид на жительство. Сейчас Максим живет в городке Кохтла-Ярве (побережье Финского залива), где большая часть населения — русскоязычные, поэтому эстонский ему учить не пришлось. Возвращаться в Украину Максим в ближайшее время не планирует.

А вот Василина Харчевка на родину решила вернуться. Онf приехала назад в Киев в июне 2018 года. До этого училась в Чехии на сценографа. В отличие от Матвийчука, она с самого начала не планировала там оставаться, говорит, что считала своей задачей привнесение в Украину «европейского театра». Пока Василина ищет работу в Киеве, хотя у нее есть предложения поработать по специальности в Норвегии.

«Почему я решила вернуться? Потому что все-таки это моя родина, здесь живет моя семья, мои братья. Хотелось, чтобы в нашей стране был хороший театр», — говорит Василина.

Пока молодежь ищет свое место и пробует пожить и тут, и там, те, кто постарше, зачастую в первую очередь думают о будущем своих детей — именно их благополучие становится главной причиной отъезда. К этой категории можно отнести Андрея Безуглова. Он уехал в Канаду в 2012 году. По его словам, «чтобы дать лучшее будущее своим детям».

«Я не хотел, чтобы они столкнулись с отношением «я начальник — ты дурак» на работе и в школе, когда «учитель всегда прав», не хотел, чтобы они прочувствовали на своей шкуре отношение «сильных мира сего» к простым людям», — поясняет он Громадскому. А еще говорит, что хотел пожить в стране, где закон один для всех. Теперь Безуглов живет вместе с семьей в городке Сент-Джон на востоке Канады (провинция Нью-Брансуик), работает в техподдержке компьютерной фирмы и возвращаться в Украину не планирует.  

Выезд за рубеж на заработки и эмиграция были в Украине в тренде все годы независимости. В разное время этот показатель менялся. В 2018-м, согласно опросу Киевского международного института социологии, выехать за рубеж с целью продолжительного пребывания хочет 7% украинцев. А по данным исследования социологической группы Рейтинг, об эмиграции из страны думают 27% украинцев.

Трудовые мигранты. История 1

Екатерина Долинина, 5 лет жила и училась в Варшаве, получила там высшее образование, вернулась в Киев в этом году

 

Судя по моему опыту, в Европу надо ехать, если у тебя есть деньги, на которые можно открыть что-то свое, т.к. когда ты учишься и подрабатываешь где-то консультантом или в сфере обслуживания — это одно, но когда ты заканчиваешь учебу, все, что тебе могут предложить, это «помощник помощника». Ведь по закону они должны провести «анализ рынка», и если на это рабочее место не претендует поляк, тогда возможно тебя возьмут. 

Я проанализировала, насколько востребован польский язык и моя специальность в Украине, что мне выгоднее быть здесь.

Не жалею, что вернулась, я тут с родными и мне намного лучше в Украине, у меня тут хоть какие-то права есть, а там я просто иностранка.

Сокращение и старение населения

С учетом высокого уровня смертности (на 100 умерших — 54 новорожденных), низкой рождаемости (1,54 ребенка на женщину при необходимом для воспроизводства 2,5), экономических и экологических проблем, войны на Донбассе, аннексии Крыма и нескольких эмиграционных волн, численность населения Украины за 25 лет сократилась почти на 10 млн человек. Согласно данным Госстата, без учета Крыма на начало 2018 года в Украине было 42,4 млн человек. В Крыму — примерно 2,2 млн.

По рекомендации ООН перепись населения в любой стране должна проходить раз в 10 лет. По словам демографа Национальной Академии наук Украины Александра Гладуна, в Украине она неоднократно переносилась и теперь запланирована на 2020 год. «Официальное объяснение — не хватает денег», — рассказывает он.

Впрочем, всеобщая перепись, по его словам, скорее нужна для уточнения данных, ведь динамику численности населения демографы и так отслеживают каждый год.

Впервые тренд на депопуляцию был предсказан демографами еще в 60-х годах прошлого века, говорит Гладун, и с тех пор идет процесс старения населения — когда количество молодых людей в стране уменьшается, а зрелого возраста — увеличивается. Кроме того, чем выше уровень экономического развития страны, тем ниже рождаемость.

Хотя Украина и отстает по экономическим показателям от европейских стран, демографическая ситуация здесь даже опережает европейскую. Страна занимает 220 позицию из 234 в мировом рейтинге государств по естественной убыли населения за 2017 год.

Демографы утверждают, что снижение рождаемости — практически общемировая практика. Здесь дела идут неплохо разве что в Африке: с 630 млн в 1990 году население тут выросло до 1,2 млрд в 2016.

Политолог, доцент Института общественных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы Екатерина Шульман говорит, что это явление называется «вторым демографическим переходом»: «Это исторически положительное явление, так как оно связано с ростом качества жизни. Среди признаков второго демографического перехода — старение населения, связанное с ростом продолжительности жизни, увеличение возраста вступления в брак, увеличение возраста рождения первого ребенка женщиной и снижение младенческой и детской смертности».  

С ростом доходов населения и ростом потребления наступает второй демографический переход. По ее словам, он наступает все быстрее. К примеру, чтобы в Великобритании рождалось в два раза меньше детей, понадобилось почти 100 лет», в Иране это произошло за 10 лет, в Китае — за 11.

«Страны, где депопуляция идет быстрее всего — Болгария, Латвия, Молдова. Это постсоветские страны. В них второй демографический переход уже случился, одновременно они парадоксальным образом стали жертвами своего членства в ЕС, потому что их границы открыты и люди могут выбирать, где им учиться и работать», — говорит она и добавляет, что именно те страны, которые нуждаются в мигрантах, отказываются их принимать: «Страдающие от депопуляции страны Восточной Европы наименее толерантны к миграции».

Что касается Украины, то здесь есть еще одна проблема, которая теоретически может усиливать депопуляционные процессы — безработица и трудовая миграция.

Трудовые мигранты. История 2

 Ирина Жигалюк, училась в США в киношколе Ohio University (с 2012 по 2016-й), вернулась в Киев два года назад

Я три года училась в киношколе, потом год работала. Закончилась виза — я вернулась. У меня под конец четвертого года силы были на исходе.

Я зарабатывала в Нью-Йорке меньше, чем сейчас в Киеве. У меня не было медстраховки и $5-7 тыс. на следующую визу. В IT, возможно, все было бы проще.

Мне было очень сложно. Оставаться нелегально я не хотела.

Не жалею, что пожила там. Не жалею, что вернулась. Киев — отличный город. У нас в принципе не так плохо жить, как об этом любят говорить.

Куда едут трудовые мигранты?

Президент Всеукраинской ассоциации компаний по международному трудоустройству Василий Воскобойник говорит, что более 80% безработных, которые стоят на учете, это люди с высшим образованием. А его качество не дает возможности людям реализоваться, ведь их знания не коррелируют с потребностями рынка.

«И поэтому те украинцы, которые выезжают на работу за рубеж, в 93% случаях работают в сфере обычного физического труда. 42% украинцев работали за рубежом в сфере строительства и ремонта. 32% в сфере сельского хозяйства. Остальные — это сфера обслуживания, присмотра за пожилыми и так далее», — отмечает он.  

Впрочем, бить тревогу не стоит, говорят социологи. После распада Советского Союза волн трудовой эмиграции в Украине было несколько. И нынешняя — не самая критичная.

«На заработки как ехали 10-15 лет назад, так едут и сейчас. Напомню, в начале Перестройки украинец прекрасно гендлювал (от идиш. гендель — торговля — ред.) на польском кордоне. И зарабатывал деньги», — говорит директор социологического агентства «Рейтинг» Алексей Антипович.

Александр Гладун говорит, что как правило на заработки едут люди от 25 до 40 лет. Наиболее вероятное количество украинцев за границей, говорят собеседники Громадского, — от 3 до 5 млн человек. Эти цифры у демографов и социологов совпадают.

«Около 11% украинцев в возрасте от 18 и старше говорят, что у них есть близкие родственники, которые находятся за границей или на постоянной, или на временной основе. Это около 3 млн, которые пребывают на заработках. Сколько уехало на ПМЖ или в Россию — мы не фиксируем», — рассказывает Алексей Антипович.  

«Выезд на работу подстегивается тем, что у нас обрушилась экономика в 2014-2015 годах, — поясняет Василий Воскобойник. — При этом экономика наших западных соседей постоянно растет. Польша формирует свою экономическую стратегию на будущие периоды опираясь на то, что к ним будут постоянно приезжать трудовые мигранты».

Трудовые мигранты. История 3

Анна Рукавицына, родом из Донецка, выросла в Киеве, сейчас живет и учится в Мюнхене на ювелира, планирует там остаться

Поиск жилья, проблемы с деньгами и языком я воспринимала как приключения. Из того, к чему была не готова — унижение, невозможность быть собой, ощущение, что у тебя меньше прав. Когда ждешь продления документов и вам из-за этого не дают права работать, мне даже довелось прожить один месяц на 50 евро.После трех месяцев в США бросила универ, потом готовилась к поступлению, потом был Майдан. Нашла возможность дуального обучения: когда работаешь и учишься. Уже тогда делала украшения и поняла, что это хорошая возможность уехать учиться в Германию, когда нет денег и знания языка. Только в Баварии остались мастерские, где берут практикантов. Меня взяли из-за знания русского.

Скучала и хотела скорее вернуться на время пожить (дома), приехать на каникулы. Позже — реже, со временем стало больно приезжать.

В молодости легко думать, что возвращение — не трагедия.

Но потом я вспоминаю больницу, в которую попала месяц назад на три дня и больницу дедушки в Киеве, где я не могла зайти в туалет. Уровень жизни и возможности — это, конечно, понятно, но меня привлекает другое: здесь жизнь — здоровая. Есть уважение ко времени, к человеку, к интеллектуальному труду, историческому наследию. (Из знакомых) никто не вернулся. Но есть и те, кто работает на две страны.

Социологи утверждают, что до 2014 года большинство украинцев ехали на заработки в Россию. Теперь, говорит Воскобойник, на фоне средней зарплаты в 1100 евро в Польше, Россия может предложить только около 550 евро. Из общего числа трудовых мигрантов лишь четверть сегодня выбирает Россию. Основное направление для  украинцев — это Польша. За ней идет Германия, Чехия, Италия, США, Канада. Каждую из этих стран в общей сложности выбирает от 3-5% от общего числа трудовых мигрантов.

Популярность Польши Антипович объясняет постоянным упрощением условий трудоустройства. По его словам, понятия «нелегальных работников» здесь, по сути, больше нет. Подавляющее большинство могут быстро легализоваться.

Это подтверждает социальный антрополог, польский журналист Ян Моравицкий:

«Законодательство постепенно меняется в сторону упрощения. Например, граждане некоторых стран, в частности, и Украины могут работать в некоторых областях  без разрешения на трудовую деятельность. Впрочем, упрощение косвенно способствует возникновению новых проблем. Миграционные службы Польши не справляются с потоком. Люди ждут разрешения на временное пребывание в стране месяцами», — говорит он.

Трудовые мигранты. История 4

Елена Оскаленко, живет в Италии почти 20 лет, из Сум

Уехала, потому что работала медсестрой. Зарплата была — $20. И даже их не платили вовремя. Перед этим развелась с мужем, осталась одна с дочерью. Муж хотел — помогал, а хотел — ничего не давал. Мои родители мне помогали —  давали овощи и фрукты с огорода. Но если дочь просила йогурт или шоколад, у меня денег не было.

Бывший муж продолжал меня преследовать, несколько раз бил, говорил, что убьет.

По этим причинам я и уехала. Дочь оставила с моими родителями. Было тяжело, плакала все время за ней. На небо смотрела, видела звезды и говорила, чтобы они передали привет моей дочери.

В Италии у меня были друзья, они обещали помочь с работой. Работала как и другие: в семье, язык не знала. Наши дипломы в Италии не признают, я свой подтвердить не смогла.

Дочь свою я забрала, сейчас ей 24 года, учится в университете и работает официанткой, живет в соседнем городе.

Я думала вернуться. Но приехала, пожила полгода и вернулась в Италию, — поняла, что на украинскую зарплату не прожить. Не могу уже есть только овощи и фрукты с огорода мамы. Да и огорода того уже нет.

Александр Гладун поясняет лояльность поляков тем, что в стране сейчас экономический рост. «И они хотят поддержать этот рост с помощью экстенсивного фактора, то есть за счет создания новых рабочих мест», — говорит он.

Василий Воскобойник это подтверждает: по его словам, в 2017 году Польша выдала украинцам 1,7 млн разрешений на работу.  

Ян Моравицкий также отмечает значительный рост мигрантов из Украины и Беларуси:

«В центральной части страны еще несколько лет назад (церковные) приходы постепенно пустели. Сейчас на богослужениях опять много людей — это мигранты из Украины и меньше из Беларуси. Церковь даже пытается включиться в работу с мигрантам — для них устраивают бесплатные курсы польского языка».

Миграционные процессы

В мире есть два ключевых мировых миграционных тренда: с юга на север (жители Латинской Америки — в Северную; жители Африки — в Европу) и с востока — на Запад.

«Точно также, как происходит депопуляция в Украине, России, Беларуси, то же мы видим во всех странах ЕС. Польша до 2050 года столкнется с ситуацией, когда 40% населения будет в возрасте 65 лет и старше. Такая же ситуация и в Германии, в Чехии. Они хотят привлекать мигрантов со стороны. К примеру, Польша ориентируется не только на украинцев. Они с удовольствием хотят привлекать и непальцев, индийцев, филиппинцев, вьетнамцев. Экономический рост в любом государстве обязательно должен подкрепляться рабочими руками. Если рабочих рук нет, невозможно создавать рабочие места, ведь некому будет работать», — говорит Воскобойник.

Трудовые мигранты. История 5

 Ксения Кравченко, жила в Харькове, училась в Польше, в 2015-м была номинирована на премию Green talents (“Зеленые таланты”) немецкого Министерства образования, учится в аспирантуре в Германии

В Польше у меня почти не было трудностей с адаптацией: студенческая среда, похожий язык, поляки знают украинцев. В Германии уже по-другому: там уже украинцев не так знают, и немцы довольно самодостаточны. У меня среда интернациональная — я учусь и работаю в исследовательском институте, где работают люди из 30 разных стран. У меня есть друзья из Украины, тоже биологи и здесь у них разные стипендии.

Чувствуется иногда непреодолимая дистанция с европейскими коллегами в уровне обсуждаемых проблем. Их волнуют проблемы первого мира: поиска мотивации и ощущения удовлетворенности и счастья от того, что делаешь и как живешь, а тебя волнует, как удержаться на уровне в довольно конкурентной среде, получить следующую работу и открыть визу, не возвращаясь домой; и еще чтобы дома с родителями было все в порядке.

Это ощущение хрупкости всего хорошего, что может быть дома (здоровье, доход, качество жизни) не покидает.
Пока планирую продолжать работать за границей. С моей специальностью не найти пока работу с достаточной оплатой в Украине.

Я уже возвращалась сознательно в Украину после учебы в Польше. Хотела начать аспирантуру, но тогда поняла, что возможности быть более квалифицированным специалистом у меня больше там, где есть среда и система. Хотя иногда находит злость, что не можешь учиться и оставаться работать в стране, где вырос и сформировался.

Таким образом в Европе миграционные процессы происходят с востока на запад: поляки, чехи, венгры, румыны, болгары, жители стран Балтии едут в страны западной Европы, поскольку там выше зарплата.

Ян Моравицкий напоминает: Польша нуждается не только в притоке работников, но и студентов, которые должны заполнить пустующие ВУЗы, и в медицинских работниках — в стране один из самых низких показателей обеспеченности населения страны медиками. В то же время, уровень подготовки украинских врачей можно сравнить с местными, языковой вопрос быстро решается. Остается проблема признания украинского диплома. «Но уже появились предложения отменить процедуру подтверждения для украинцев», — говорит Моравицкий.

По мнению Воскобойника, в отличие от рабочего класса, решить языковую проблему студентам намного проще.

«На сегодняшний день в Польше учится 60 тыс. украинских студентов. Уезжают амбициозные, те кто не боится перемен… На мой взгляд, до 90% наших студентов, которые учатся за рубежом, никогда не вернутся в Украину», — говорит Воскобойник и добавляет: студенты легче адаптируются и у них намного больше шансов трудоустроиться за рубежом после окончания ВУЗа.

Демографическая «яма»

По словам экспертов, процесс депопуляции и трудовая миграция идут параллельно, и существенного влияния друг на друга не оказывают.

Василий Воскобойник говорит, что только 20% трудовых мигрантов всерьез думают о том, чтобы остаться жить за границей. Для большинства это — только временный заработок. В то же время Украине, в случае устойчивого экономического роста, все равно не избежать пути, по которому идут другие страны Европы. И придется привлекать в страну иммигрантов из более бедных стран с высокой рождаемостью и высоким уровнем безработицы. «К нам будут ехать жители среднеазиатских республик, вьетнамцы, филиппинцы», — прогнозирует он.

Саму же проблему депопуляции, по его мнению, на данный момент решить невозможно. Это подтверждает Екатерина Шульман: «Рождаемость не повысится. Второй демографический переход необратим. Баланс населения будет достигаться за счет продолжающегося роста продолжительности жизни и увеличения активного периода жизни».

Трудовые мигранты. История 6

Олеся Яненко из Винницы, последние 5 месяцев живет во Франции, работает по программе ЕС EVS (European volunteering service) в мэрии городка Невер

Выпала возможность — было свободное место на летний проект в мэрии, я фактически не выбирала, но была довольна, что это будет во Франции. Это скорее стажировка или практика, а не работа. ЕС выделяет определенные средства и обеспечивает проживание. Главная цель — обмен культурой, опытом и побуждение молодежи к путешествиям.

Если останусь здесь — буду чувствовать, что изменила Украине. Будто бежала на все готовое. Но должна ли я это чувствовать? Это тоже вопрос.

Здесь я не должна экономить на еде и имею возможность путешествовать (при том что я получаю самый минимум). Но мне нравится это все, а в Украине нужно всегда бороться, это парадоксально. У нас много что можно делать, творить, придумывать. И еще у французов очень-очень очень слабое чувство юмора, а я так не могу. Я еще в раздумьях, хочу ли вернуться. Пока это на каком-то эмоциональном уровне.

Поделиться: