Репортаж JAMnews из Стамбула о судьбоносном выборе могущественного соседа

Репортаж JAMnews из Стамбула о судьбоносном выборе Турции

16 апреля в Турции состоялся референдум, который все в один голос называют историческим. Турция уже не будет прежней.

Судьбу страны решали 55 миллионов турецких избирателей. Сделали они это в условиях чрезвычайного положения, введенного в Турции после провалившейся попытки государственного переворота в июне 2016-го.

По данным на вечер 16 апреля, на вопрос, вынесенный на референдум, утвердительно ответил 51 процент проголосовавших. Отрицательно — 48 процентов.

Что решалось

Решалась судьба в общей сложности восемнадцати статей турецкой конституции. Если избиратели говорят «да» президенту Эрдогану, который инициировал этот референдум, тогда:

  • Турция из парламентской республики превращается в президентскую;
  • пост премьер-министра упраздняется, вся исполнительная власть сосредотачивается в руках президента;
  • парламентарии не смогут даже вызывать к себе министров, а только направлять им письменные запросы;
  • Высший совет судей и прокуроров возглавит министр юстиции, назначаемый президентом без всякого согласования;

президент не может избираться более чем два раза подряд, но если парламент примет решение о досрочных выборах, то и парламент и президент переизбираются, но второй срок президента не считается вторым — и так до бесконечности.   

Стенка на стенку?

В преддверии референдума все опросы общественного мнения в Турции показывали, что количество сторонников и противников предложенных реформ – примерно равное. Большинство прогнозов склонялось в пользу того, что избиратели скажут «нет», но утверждать это однозначно не брался никто.

  • Стамбул пестрел плакатами в поддержку и против конституционных перемен. В уличной агитации заметнее были усилия сторонников «Evet» («Да!»). Их главный козырь – портрет президента Эрдогана. В социальных сетях активнее были их оппоненты – «Hayir!» («Нет!»). Самая популярная шутка последних дней в турецком сегменте Фейсбука: «Скажи что-нибудь сексуальное на турецком. — Нет!»

Cпоры между двумя лагерями велись ожесточенные.

Одни считали, что без новых полномочий президент Эрдоган не сможет сделать Турцию великой страной. (Он напоминает президента Трампа не только этим лозунгом, но и манерой обращаться к своим сторонникам – короткими фразами и с подвывающей, драматической интонацией).

Другие отвечали им, что Турция стоит на пороге нового Средневековья и жестокого авторитаризма. Особенно активны среди противников Эрдогана были женщины.

Например, активистка движения за права женщин «Кадер» Жасмин Бекташ твердо убеждена, что успех Эрдогана, постоянно апеллирующего к «традиционным исламским ценностям», будет означать снисходительное отношение к проблеме ранних браков, увеличение случаев изнасилования и легализацию домашнего насилия.

При этом на улицах Стамбула бросается в глаза обстановка гражданского мира и согласия, отсутствие агрессии.

Женских мусульманских платков и полностью закрытых лиц стало заметно больше. При этом девушек, одетых так свободно, что позавидует набережная Ниццы, меньше не стало. Самое поразительное в том, что сплошь и рядом встречаются компании, в которых весело переговариваются друг с другом те и другие. В руках у них – одинаковые пакеты Mango, Marx&Spencer, MaxMara.

Или, например, на центральной  стамбульской улице Истикляль митингуют на расстоянии пятидесяти метров друг от друга сторонники «Да!» и «Нет!». Методы агитации схожие – ритмичные песни и пляски.

Но есть отличие. У одних – стационарная сцена: открытая площадка на первом этаже какого-то здания. У других – голая улица.

И первые без колебаний пускают вторых в свой туалет.

 

Неопределившиеся 

Возможно, исход голосования решали те, кто свой выбор отложил на последний день. Таких немало.

Потому что линия водораздела между «да» и «нет» прочерчена не по прямой. Речь идет не только о разных взглядах богатых и бедных. Молодых и пожилых. Хорошо, европейски образованных людей и недавних выходцах из турецкой провинции, ищущих своего шанса в столице. Турецкое общество устроено немного сложнее.

Как, например, должен голосовать на этом референдуме человек с такой судьбой, как у Илмаза Озлюка?

Он выходец из бедной курдской деревни. Первый в семье, кто получил образование (три часа в день пешком до школы и обратно). Вокруг – люди, знающие, как собирается-разбирается автомат Калашникова, но никогда в жизни не видевшие водопровода. Он перебрался с семьей в Стамбул, торговал пластиковыми пакетами на улице, редко бывал сыт. Пробился, завел собственный туристический бизнес – и успешный, говорит на нескольких языках. Помог подняться многочисленным братьям и сестрам, готов теперь дать высшее образование своим двум детям.

И значительная часть его успешной жизни пришлась на время президентства Эрдогана. Как голосовать?

Илмаз, называющий себя патриотом Турции и Стамбула, решил отложить принятие окончательного решения до того момента, когда он возьмет в руки бюллетень на избирательном участке.

Пожалуй, наиболее полно отношение тех, кто не определился с выбором, сформулировал один из рыбаков на мосту через Босфор, соединяющем азиатскую и европейскую части Стамбула. Они там не хобби заняты, а работой. Пойманная рыба немедленно отправляется на берег, затем на сковородку и на стол в одном из бесчисленных кафе.

«Мне все равно, — сказал он. – Президент рыбе не начальник».

Чего ждать соседям

При любом исходе турецкого референдума, эта страна останется самым важным фактором – экономическим, политическим, военным – для всех трех стран Южного Кавказа. Чего им ждать?

Азербайджан

Политолог Элхан Шахиноглу в беседе с JAMnews сказал, что провести референдум в Турции решили после того, как коалиционные правительства в стране не смогли договориться друг с другом:

«Главный аргумент Эрдогана и его сторонников – Турция не сможет развиваться в форме парламентской республики. Было много скандалов, произошел экономический хаос. А когда полномочия перейдут в руки правительства — членов правительства можно будет назначать и со стороны. То есть аргумент состоит в том, что имеющий широкие полномочия президент будет контролировать правительство, а также сможет проводить реформы».

Историк Алтай Геюшев сказал JAMnews, что считает референдум большим ударом по демократии Турции:

«В характере Эрдогана присутствуют сильные авторитарные наклонности. Эти изменения могут нанести мощный удар по демократии Турции. И поэтому я принципиально против этого.

Стоит признать, что, начиная с 1990-х годов, в течение 20-25 лет Турция  развивалась большими темпами. Она нашла свою нишу и в мировой политике. Все это происходило, когда Турция была парламентской республикой. Сейчас фактически на этих достижениях ставят крест».

Армения

 Александр Искандарян, политолог, директор «Института Кавказа», в беседе с JAMnews:

«Сегодня в Турции происходит утверждение персоналисткого режима. Грядущие в Турции изменения ничем хорошим, как, впрочем, и ничем ужасным, для Армении не обернутся. Вряд ли Турция станет настолько агрессивной страной, что будет воевать со всеми соседями. Энергия, с которой Эрдоган стремится установить новый порядок, направлена на решение внутриполитических задач.

Парадокс заключается в том, что Армения для Турции – это Запад. С политической точки зрения армянский вопрос для Турции всегда был частью ее отношений с Западом.

Турция не справилась с задачей стать частью европейского мира. В Турции происходили изменения, потому что были надежды на присоединение к Евросоюзу. Теперь надежд нет. Зачем тогда Турции признавать геноцид и нормализовывать отношения с Арменией, которая для нее не представляет интереса, а европейской перспективы нет? Говорить, что в ближайшие годы отношения могут быть налажены, не приходится».

Грузия

Грузинские эксперты считают, что каким бы результатом не кончился референдум, на взаимоотношения между двумя странами это не повлияет.

Георгий Рухадзе, специалист по международным отношениям в беседе с JAMnews:

«Как бы не закончился референдум, это не изменит того факта, что Турция является одним из главных игроков в регионе и стратегическим партнером для Грузии. Турция останется в этой роли для Грузии — также, как и Грузия для Турции».

Специалист по международным отношениям Нодар Харшиладзе в беседе с JAMnews:

«Как бы ни закончился референдум, это не будет иметь значения для Грузии. У нас хорошие отношения с Турцией, и отношение Эрдогана к Грузии  очень позитивно — как с точки зрения двусторонних отношений, так и в формате регионального сотрудничества.

Так что от усиления позиций Эрдогана плохо нам никоим образом не будет. Главное, чтобы внутренние процессы в Турции были демократическими, и чтобы не было беспорядков».

Поделиться:
spilnokosht desktopspilnokosht mobile