10 сентября следующий (после «Тенета») двухсотмиллионный голливудский колос наконец добрался до кинотеатров — и проявил все признаки своих глиняных ног. Компания Walt Disney в неудержимом стремлении перенести из анимации в игровое кино свои прошлые хиты забылась на какой-то момент и сделала все возможные и невозможные ошибки.

Удивительным образом это уложилось в один фильм, который теперь вполне способен стать примером того, как не надо делать. И, кажется, против выхода «Мулан» было все.

Сначала премьера была запланирована на 27 марта. Но своевременному старту помешала эпидемия и закрытие кинотеатров. Попытка возобновить кинопрокат в мае активировала процесс вывода фильма на экраны: заявили о новой дате — 21 августа. Однако снова отложить премьеру заставил призыв «бойкотировать «Мулан», который появился еще в августе прошлого года и распространяется до сих пор. Дело в том, что исполнительница главной роли, Лю Ифэй, поддержала полицию Гонконга, которая жестко разогнала демонстрантов, протестовавших против нового закона об экстрадиции (в итоге таки и не введенного).

Поэтому выход фильма в очередной раз отложили. А тем временем выпустили вместе с сенсационным — и потому одновременным — выходом и на стриминговом сервисе Disney+. Очевидно, этот способ проката обусловлен не слишком большой верой менеджеров компании в способность фильма вернуть через кинотеатры вложенные в него огромные средства.

Снятый совместно США, Канадой и Гонконгом в Новой Зеландии, новый «Мулан» пытается быть больше и значительнее, чем анимационная лента 1998 года. В частности, центральной выбрали не просто тему женщины-воина, а тему мужского шовинизма. Полностью пренебрегая историей китайского кунг-фу, создатели заставляют зрителей всего мира думать, что женщина-воин в Китае — нонсенс. Хотя, в отличие от соседней Японии, именно в Китае женщины были хорошо интегрированы в боевые искусства и участвовали в войнах — в частности, против захвата той же Японией. Зато уже в самом начале фильма, услышав от посланца, что кочевым племенам помогает напасть на Китай ведьма, советник императора говорит «Этого не может быть! Женщины не имеют права использовать ци!», Имея в виду энергию жизни, могущество воина, взятую, например, Джорджем Лукасом за основу силы в «Звездных войнах».

Потому и отец героини, наблюдая за незаурядными способностями дочери к прыжкам, бегу и кульбитам в воздухе, говорит: «Ты должна скрывать свое ци!». И продолжает прописанный создателями сексистский демарш — «Знай свое место!» — что своей несправедливостью должно вызвать не только возмущение у современной молодежи, но и стыд у старшего поколения. Более того, для убедительной демонстрации ужасного консервативного прошлого Китая нам предлагают представить кровавую картину последствий разоблачения Мулан в армии, в которую она ушла переодетой в мальчика. На просьбу матери найти дочь и вернуть ее домой отец отвечает: «Если я разоблачу Мулан, ее убьют свои же! Я слишком поздно поставил ее на место...»

Выражение о «своем месте» употребляется в фильме неоднократно, естественно вызывая у зрителя желание поддержать героиню, хотя она вполне справляется. И в этом — причина всех грехов и провала «Мулан».

Вина в целом — в использовании идеологических принципов, которые являются недопустимыми в детском или семейном кино, которое существовало в таком виде только при тиранической советской системе («замечательные» примеры — «Неуловимые мстители» или «Макар-следопыт»). А крах — в неоформленных надлежащим образом месседжах, которые при том же «совке» играли очень хорошо. Потому что некачественно сделанная пропаганда не работает.

И «Мулан» в этом смысле удивляет: как могли сценаристы такое написать, а редакторы и продюсеры — пропустить? Смыслы, заложенные в фильме, шитые не просто белыми нитками, а канатами. Когда сержант в военном лагере кричит «Мы сделаем вас мужчинами», а среди новобранцев стоит Мулан, понимаешь всю дикость ситуации, прежде всего — из-за неуклюжести ее построения. Никто не собирается принудительно женщину делать мужчиной. Впрочем, этого разъяснения нет, а фраза западает в голову, как угроза или намерение насильника.

Иногда сценаристы говорили, что вообще-то они перерабатывают мультфильм, в котором большую и приятную часть составляли юмористические эпизоды. Поэтому одиночным (почти случайным) утешением звучали остроумные, хотя и грубые, фразы вроде «Ты моешься? Пятый батальон благодарит тебя за это!», ситуативно обыгрывающая очевидную несостоятельность Мулан сделать водные процедуры, когда вокруг одни мужчины. Однако несколько острот не смогли спасти весь фильм, который сразу существовал с ничем не заклеенной дыркой. Речь идет об отсутствии второстепенного персонажа, который так выгодно отличал мультфильм — дракончика. Все веселье, вся вычурность и ироничность «Мулан» в 1998 году была именно в нем. Что сейчас? Ничего.

Более того, одной из лучших актрис современности, талантливой Гун Ли, музе Чжан Имоу и его шедевров «Подними красный фонарь» и «Проклятие золотого цветка», в «Мулан» просто не было что играть. Другой актер, Донни Йен, известный мастер восточных единоборств, важный персонаж гениального «Героя» и исполнитель главной роли в дилогии «Ип Ман», снят в «Мулан» так же вяло и малоэффективно. А Джета Ли («Смертельное оружие 4», «Война»), наверное, лучшего актера мастера настоящее, и подавно не узнать в фильме, где он появляется в нескольких эпизодах в роли императора. Зато Джейсона Скотта Ли («Дракон. История Брюса Ли», «Солдат») невозможно забыть — в образе предводителя нападавших-руранов он так округлял глаза, что вызывал страх за их дальнейшее здоровье.

Что же нам дает «Мулан»? В итоге — большое неприятное разочарование. Конечно, затмить хорошие воспоминания о мультике ему не удастся, и слава Богу, но испортить настроение на один день он способен. К сожалению, возможна даже большая проблема, ведь за ориентальностью фильма, красотой пространств, пестротой и разнообразием костюмов (сказочная яркость которых вызывает смех), за компьютерными царскими дворцами и, в конце концов, боями с воинами, которые бегают по стенам, уже проскальзывает неприкрытая цель: озвучить с большого экрана идеи социальных изменений, исказить историю в жертву некоторым людям и организациям, вложить в головы зрителей «новое» видение.

Развлекательное кино становится уже не просто развлекательным. Может, оно и никогда таковым не было (вспомним выражение маньяка Ленина о кинематографе как важнейшем из видов искусства, а соответственно — способе влиять на массы). Но именно сейчас «Мулан» пересек черту: в обществе, где человеческие ценности являются приоритетом, Голливуд как институт страны — чуть ли не законодателя этой политики — породил нового идеологического монстра.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора

Поделиться: