«Когда муж попал в плен, сын был метр ростом. А сейчас — метр семьдесят». Репортаж с первого обмена за пять месяцев

«Я еще не могу поверить. Мне кажется, что я сплю», — немного успокоившись, говорит мужчина. Его поздравляют люди с флагами и плакатами — и те, кто уже получил заветное извещение, и те, кто его так и не дождется.

Через несколько часов приедет «скорая» и три автобуса. Их мгновенно обступят сотни родственников и журналистов. Из них выйдут 150 военных и семь гражданских. Это первый обмен за пять месяцев, и 71-й — с начала полномасштабной войны.

«Все парни в автобусах плачут, честно»

Рядом с эмоциональным Иваном сдержанно стоит женщина. Будто боится радоваться. И только когда ее кто-то обнимает, она выдает едва заметную улыбку. И просит еще одну таблетку от сердца.

«Давление — 160 на 90. Мне уже в больнице дали что-то…» — тихо говорит Галина, мама Ивана Романа. Его зовут так же, как и отца.

— Видите, я вам говорил, что его обменяют! Я поздравляю! — подходит к Ивану-старшему завернутый во флаг статный мужчина, и они обнимаются.

— Санька, спасибо! Видишь, ровно год после тебя.

— В один день! У нас теперь «день рождения» в один день, — смеется Александр, и мужчины снова по-родному обнимаются.

Нацгвардеец Александр Трухан вернулся из плена 5 февраля 2025 года. Говорит: сейчас он здесь, потому что освобождают его побратима — защитника ЧАЭС. Да и он по себе знает, как важно сразу после освобождения из плена видеть своих.

«Когда мы едем в автобусах и нас встречают бабушки, дедушки, детишки — с цветами, флагами — все парни в автобусах просто плачут, честно. Такой теплой встречи мы не ожидали, потому что нам говорили, что нас никто не ждет и вообще мы предатели», — говорит Александр.

«И я всех жду. Потому что это все наши люди, которые выдержали этот ад. Это очень тяжело. Нас там убивали. Очень сильно били, и собак травили. А когда мы ехали — и стояли флаги… Это просто без слез не скажешь», — и в самом деле плача, добавляет его побратим Максим Кушнаренко, освобожденный из плена в августе 2025-го.

«Я к тебе через леса, через поля приеду»

В ожидании родных или хотя бы известия о них на морозе стоят сотни людей. Некоторые заходят погреться в местную больницу.

«Всем хороших новостей!» — звучит на весь коридор чей-то голос.

— Я жду сына уже четвертый год. Владислав Журавлев, защитник Мариуполя, 26 лет. С октября нет никаких новостей. Может быть, сейчас…

— Мы здесь каждый обмен, надеемся, что будет хоть какая-нибудь весть. Потому что сын уже год считается пропавшим без вести. Грищенко Александр.

— Я жду сына — Денис Сивиц. Морская пехота. Он попал в плен в Мариуполе. В россии приговорен к 17 годам. Может быть, хоть узнаем, в каком он состоянии.

Родные стоят с флагами, фотографиями и самодельными плакатами. Приехали отовсюду — кто-то из Черниговской области, кто-то из Сумской, кто-то из Винницкой.

Чуть поодаль женщина, завернутая во флаг морской пехоты, смотрит в экран телефона и не сдерживает эмоций. Она впервые почти за четыре года видит своего мужа.

— А ты помнишь, как ты мне сказал: «Эличка, я к тебе через леса, через поля приеду»? — улыбается женщина.

— Ну, немного не получилось, и немного поздно … — раздается голос по ту сторону экрана.

— Ничего. Спасибо тебе. Я дождалась! — говорит, расплываясь в улыбке, Эльвира Кудусова.

Ее Эскендер — крымский татарин, морской пехотинец. Прорываясь из заблокированного Мариуполя, он прошел с побратимами 26 километров и два кольца оцепления. На третьем они были взяты в плен. Это был май 2022-го. В россии его приговорили почти к 30 годам колонии строгого режима, приписав якобы военные преступления против гражданского населения и массовые убийства.

Через четыре года их дети — 14-летний сын и 12-летняя дочь — значительно подросли. Новость об обмене отца они получили, пока были в школе в Николаеве.

«Даня заплакал, говорит: “Когда мы отца заберем?“. Говорю: “Еще реабилитация, мы к нему приедем вместе“. Они так [его] ждали… Когда он попал в плен, они были метр ростом. А сейчас сын — метр семьдесят, понимаете? И дочь — как я», — говорит Эльвира.

«Приветствуем! Приветствуем дома! Спасибо вам! Ребята, с возвращением!» — скандируют люди, встречая автобусы.

Эльвиру, небольшую ростом, волной будет нести толпа к двери автобуса. И через мгновение уже не будет существовать ничего, кроме его объятий.

— Эскендер, как вы себя чувствуете?

— Прекрасно. Все хорошо. Очень хорошо, — только и скажет он, через минуту исчезнув в потоке остальных освобожденных, которых узким коридором ведут на медосмотр.

«Он очень сильно похудел, и есть обезвоживание — я вижу даже на лице. Он устал. Но ничего… На родной земле все будет хорошо», — говорит счастливая Эльвира.

Вернули 15 с пожизненным заключением

— Ребята, 28 бригада, кто видел?!

— Ребята, кто слышал о Косте Кузнецове, Борисоглебская [колония], 30-я камера?

— Нагорный! Наконечный! Яблонский! Ребята, кто видел? — люди обступают только что освобожденных из плена, выкрикивая вслед имена своих родных. Может быть, они их видели, что-то слышали.

Впоследствии фотографии своих родных они будут держать в окне в надежде, что ребята за окном в больнице кого-то узнают.

«Надеемся… У меня муж, Сергей Нинчук, пропавший без вести 12 декабря 2022 года. 37 месяцев вообще никаких известий. Так хочу хоть что-то, хоть какую-то запятую, хоть какую-то букву знакомую увидеть…» — плачет Наталья, которая приехала из Черновицкой области, и сразу просит прощения за слезы.

***

В рамках этого обмена домой вернулся также морпех Руслан Куртмаллаев. Он почти четыре года был в неволе. А жена Ольга, несмотря на четвертую стадию рака, продолжала бороться за него.

Также удалось вернуть четырех бойцов бригады «Азов», которых обменивают труднее всего. По словам командира «Азова» Дениса Прокопенко, более 700 «азовцев» до сих пор находятся в российском плену.

Вернулся и защитник Назар Далецкий, которого считали погибшим и в мае 2023 года даже похоронили.

«Среди освобожденных — представители всех родов войск: и ТрО, и Десантно-штурмовых, и Воздушных сил, и Сухопутных войск. То есть почти все части Сил безопасности и обороны», — отметил глава секретариата Координационного штаба по вопросам пленных Богдан Охрименко.

По данным Коордштаба, всего среди украинцев, которых 5 февраля освободили из российского плена, 15 человек имели приговоры в российских судах к пожизненному лишению свободы. Говорят, состояние здоровья у всех плохое. После медосмотра их отправили на дальнейшую реабилитацию.

«Большинство из них нуждается в длительной реабилитации, реинтеграции в общество. У них проблемы с опорно-двигательным аппаратом, иногда — с ментальным здоровьем, проблемы с пищеварительной системой. Более трех лет в плену (большинство находилось именно такое время) сказываются», — рассказал представитель Коордштаба Петр Яценко.

Там надеются, что на фоне переговоров при поддержке США и ОАЭ обмены военнопленными между Украиной и рф будут продолжаться.