Корреспондент «Новой газеты» поехала в Солсбери и узнала, что изменилось в городе через год после отравления Сергея Скрипаля и его дочери. Громадское публикует материал «Новой газеты» в рамках партнерства независимых медиа Восточной Европы.

Юлия Минеева, материал «Новой газеты»

Корреспондент «Новой газеты» поехала в Солсбери и узнала, что изменилось в городе через год после отравления Сергея Скрипаля и его дочери. Громадское публикует материал «Новой газеты» в рамках партнерства независимых медиа Восточной Европы.

СПРАВКА «НОВОЙ ГАЗЕТЫ»

Год назад городок Солсбери на юге Англии стал известен всему миру: здесь 4 марта 2018 года применили боевое отравляющее вещество. Целью атаки стал бывший российский разведчик Сергей Скрипаль, осужденный в России за госизмену (он получил британское подданство после помилования и обмена шпионами между Россией и США). В результате отравления веществом, позже идентифицированным как нервно-паралитический агент «Новичок», пострадала дочь Скрипаля Юлия, британский полицейский Ник Бейли, первым оказавшийся на месте преступления, а также пара британцев, подобравших выброшенный флакон с «Новчиком» на улице. Лондон официально обвинил Москву в использовании боевых веществ на территории Евросоюза и убийстве гражданки Великобритании Дон Стерджес, а спустя несколько месяцев опубликовал фотографии подозреваемых (Александра Петрова и Руслана Боширова), по версии следствия, распыливших «Новичок» на дверную ручку дома Скрипалей. Английские власти и СМИ утверждали, что Петров и Боширов — сотрудники Главного разведывательного управления (ГРУ, ныне ГУ), приехавшие в страну под вымышленными именами. Премьер-министр Великобритании Тереза Мэй заявила, что отравление было санкционировано российским руководством, но Москва все обвинения в свой адрес отрицает.

Тот самый собор

— Такая деревушка, с ума тут сойдешь от скуки!

На не по-февральски зеленом газоне перед готическим собором со 123-метровым шпилем собралась группа российских туристов — человек десять. После Стоунхенджа, который, по признанию попутчиков, никого особо не впечатлил, мы приехали в Солсбери. От знаменитых стоячих камней до города всего 13 км, а потому туристов всегда завозят сюда на часок-другой: в основном, чтобы показать хранящуюся в Солсберийском соборе Хартию вольностей (Magna Carta) и завершить экскурсию пинтой эля в старейшем пабе города.

Улица в историческом центре Солсбери, вид на шпиль собора. Фото: Юлия Минеева / «Новая газета»

— Сначала пойдем собор смотреть, а потом чуть по городу прогуляемся, — анонсирует предстоящее русскоговорящий гид Александра.

— «Поедем Скрипалей искать», — улыбается мне литовка Тоня, приятная женщина лет 60, в прошлом — преподаватель русского языка, а сейчас — няня в русско-британской семье.

— Туда не поедем, потому что их дом не в историческом центре, — разъясняет гид на полном серьезе.

— Здесь, кстати, кто-то пару дней назад наш флаг повесил, — вспоминает мужчина лет 45, будто реагируя на свою же реплику о том, что в Солсбери скучно и ничего не происходит. — Надо мной друзья смеялись, спрашивали: «Это ты, что ли?»

— Да, повесили, прямо на соборе, вот на этих лесах, — подтверждает экскурсовод. — Ох, знаете, мне кажется, его вообще скоро переименуют: сейчас собор Девы Марии, а будет святого Владимира Владимировича, наверное, — поддерживает разговор гид.

— А тут и правда есть какая-то химическая лаборатория рядом, где там яды и вот это все? Или это наши придумывают? — без особого интереса продолжает беседу турист.

— Ну да, военная лаборатория, но не производство, там просто тестируют. Ну пойдемте уже!

Улица в историческом центре Солсбери. Фото: Юлия Минеева / «Новая газета»

После громких заголовков в российских СМИ о том, что инцидент со Скрипалями повысил популярность Солсбери среди туристов, в голову может закрасться подозрение: для русских водят специальные экскурсии по местам «боевой славы» Петрова и Боширова, а какие-то дельцы приторговывают магнитиками с цитатами из культового интервью «пары» на RT. На деле же ничего подобного и в помине нет: предложение турагентств ограничивается парой автобусных экскурсий по маршруту Лондон–Стоунхендж–Солсбери, которые проводят раз в неделю (и то, если наберется хотя бы десяток желающих).

— Что, правда говорят, что стал новым туристическим направлением? — удивляется гид моему вопросу. — Ну уж не знаю. Туризм сильно пострадал. Сначала, после отравления, [людей] было совсем мало. Первое время туристические автобусы вообще проезжали мимо. Местные шутят, что за отравлением стоял город Уинчестер — вечный конкурент Солсбери в туристическом плане. Сейчас получше, но никакого сверхажиотажа за последний год не было.

Мои российские попутчики тоже приехали в Солсбери «насладиться английской готикой» — никто не покупал тур для того, чтобы посмотреть на дверную ручку Скрипалей. Казалось, что эта история для них — какой-то политизированный бэкграунд из российских реалий, о чем вспоминать во время долгожданного путешествия по Великобритании не хотелось. За всю экскурсию про отравление вспомнили лишь дважды, причем в первый раз — аж на четвертом часу путешествия, когда экскурсовод со смехом поинтересовался, знает ли кто-то, какова высота шпиля (спройлер: не знал никто, кроме меня).

Политика нашу тургруппу не интересовала, но благодаря тому, что англиканская церковь позитивно относится к современному искусству и активизму, вспомнить о ней все же пришлось. Помимо старинного часового механизма, которым так восхищались Петров и Боширов, внутри Солсберийского собора была обнаружена инсталляция из красных светящихся лестниц, посвященная проблеме Brexit, a одно из окон оказалось занято витражом от международной правозащитной организации Amnesty International. Каждый день в 7.30 утра служащие собора и прихожане произносят молитву за конкретного «узника совести».

Витраж «Prisoners of conscience» от Amnesty International.  Фото: Юлия Минеева / «Новая газета»

— Это те, кого посадили в тюрьму за религию или… ну, за жизненный выбор, скажем так, — объясняет гид, увидев немой вопрос в глазах туристов.

— По политическим мотивам, например, — подсказываю я.

— Ну да, — реабилитируется Александра. — Вот Навальный, если вы знаете такого, его тоже организация Amnesty International признала «узником совести». Это [витраж] французский художник создал — тут особо ничего непонятно, но считается, что в одном углу изображены заключенные, в другом — освобожденные, а посередине Иисус Христос, и его кровь льется в кубок. В конце стоит свеча, она, как вечный огонь, — всегда горит за всех, кто пострадал за свои, скажем так, идеи.

Туристы кивнули и, погуляв еще несколько минут по собору, направились за сувенирами.

Дом Скрипалей и жизнь солсберецких

Чтобы добраться до второй солсберийской «достопримечательности», от железнодорожной станции придется пройти пешком минут 25 — по пустынным улицам. Иду по «маршруту Петрова–Боширова», обращая внимание на камеры CCTV, которых в городе и правда не­много. Замечаю, как какой-то мужчина показывает рукой в сторону поворота и говорит друзьям: «Русские ходили туда».

У дома, где жил Сергей Скрипаль, нет ни одного туриста. Двухэтажное здание на Christie Miller Road скрыто под огромным белым тентом и окружено несколькими мобильными подстанциями для очистки от остатков «Новичка». Людей в химзащите вокруг не видно, но дежурит офицер полиции.

Дом Сергея Скрипаля на Christie Miller Road. Фото: Юлия Минеева / «Новая газета»

— Только не подходите совсем близко, — говорит он, выглянув из будки, и сразу прячется обратно, даже не поинтересовавшись, что я здесь делаю.

Местные власти отчитались о полной очистке дома Скрипалей от «Новичка» только 1 марта: в течение всего года сотрудники департамента по окружающей среде, продовольствию и сельским делам (Defra) вместе с военными экспертами почти ежедневно работали на объекте. Несмотря на то что дом Скрипалей больше не токсичен, в Солсбери и окрестностях до сих пор идет кампания под названием If you didn’t drop it, don’t pick it up — власти графства Уилтшир призывают жителей не подбирать мусор, если они сами его не уронили. Это предписание стало темой для критики чиновников в местных медиа: во-первых, жители привыкли держать свой город в чистоте, а во-вторых, из-за такой рекомендации может сорваться мартовский ежегодный субботник в рамках кампании «Сделаем Британию чистой».

— В первые месяцы после отравления нужно было быть очень аккуратными, даже прогуляться в парке было тяжело, — рассказывает местный житель. — Заражено могло быть все что угодно. Были перекрыты дороги, и люди просто не могли попасть из пункта А в пункт B. Бизнесу тоже было очень тяжело: магазины, кафе и торговые центры потеряли очень много денег из-за того, что им пришлось закрыться на несколько месяцев.

Местные предприниматели запустили специальную программу «восстановления Солсбери»: все, кто понес убытки из-за отравления, до сих пор могут заполнить специальную анкету и рассчитывать на материальную помощь от властей.

Вместе с тем правительство выделило городу с 45-тысячным населением еще 200 тысяч фунтов на пиар-кампанию, которая должна избавить Солсбери от информационного шлейфа «Новичка».

Сейчас Солсбери постепенно приходит в себя и, кажется, пытается избавиться от любого напоминания о печальной главе в своей истории: лавку возле торгового центра Maltings, на которой нашли Скрипалей, демонтировали и положили на ее месте свежую плитку; впоследствии здесь собираются установить некий арт-объект.

Площадь у торгового центра Maltings, где Сергея и Юлию Скрипаль нашли без сознания.  Фото: Юлия Минеева / «Новая газета»

Площадь у торгового центра, где Сергея и Юлию Скрипаль нашли без сознания.  Фото: Юлия Минеева / «Новая газета»

Ресторан Zizzi, где Скрипали почувствовали себя плохо, перекрасили из темно-синего в белый, сделали капитальный ремонт и открыли в преддверии Рождества.

— На ланч много приходят, и к вечеру тоже, обычно здесь много народу, — отвечает официант Zizzi на реплику о том, что я единственный посетитель заведения. По его словам, произошедшее здесь не придало месту популярности. — Я не очень разбираюсь в акцентах, поэтому тяжело сказать, ходят ли сюда русские, но если да, то только сами по себе, без гидов и экскурсий. А вообще, — продолжает он, — это все политика. Я не интересуюсь политикой, я верю только себе. Восемь месяцев после отравления в городе было очень тихо, но тут и раньше было тихо, поэтому, если не знать, что тут что-то произошло, можно было бы и не заметить разницы.

Ресторан Zizzi в Солсбери. Фото: Юлия Минеева / «Новая газета»

Триколор и русские

После того как местная мэрия и комьюнити Солсбери проигнорировали мои просьбы об интервью российскому независимому изданию, а на Солсберийском соборе появился 10-метровый российский флаг (как раз за пару дней до моей поездки), начало казаться, что в городе к русским относятся настороженно. Но, например, Марк, седой и статный британский джентльмен, волонтер Солсберийского собора, узнав, что я из России, наоборот, оживился: оказалось, что он бывал в Петербурге и даже читал там лекции о ювелире Карле Фаберже.

— Да ничего страшного вроде, — пожимает плечами он, говоря о триколоре на соборе. — Неужели то, что кто-то повесил российский флаг, должно меня расстраивать? Они (может, молодые люди, студенты) просто решили сделать глупость, подумав, что это будет смешно. А вот то, что телевидение сделало из этого громкую историю, меня тревожит больше. Они делают маленькие вещи большими, и это расстраивает людей. Мне, например, начали звонить друзья из разных стран и спрашивать: «Марк, ты в порядке?»

После того как новость о флаге разошлась по мировым СМИ, жители Солсбери обрушились в соцсетях с критикой на местную газету и радиостанцию, которые первыми сообщили об инциденте: «Можем мы, пожалуйста, об этом забыть? Кем бы ни был этот идиот, повесивший флаг, он не заслуживает того, чтобы про него писали. Если никто не будет это обсуждать, то тогда они и не получат того внимания, которое так хотели привлечь»; «Не сомневаюсь, что это будет на первых страницах российских СМИ, а может, и мировых. Эта история абсолютно бессмысленная, но всегда есть те, кто хочет сделать из такого что-то большее»; «Будущее города — в руках медиа, так что начните брать ответственность за свои действия. Кто создает страх? СМИ!».

При этом на само событие горожане реагировали либо смехом, либо полным безразличием.

— Думаю, что некоторые сумасшедшие реально считают, что сам Путин забрался наверх и его повесил, — смеется бариста в кафе. — Интересно только, что они теперь будут делать с этим гигантским флагом?

— Может, надо отнести в российское посольство? — добавляет его коллега. — Вообще я рада, что после всего у Солсбери еще осталось чувство юмора.

— Некоторые, может, и скажут что-то в духе «противные русские травят людей», но я такую точку зрения не разделяю, — подумав, отвечает Марк на вопрос о том, изменилось ли в Солсбери отношение к русским. — Это сделали конкретные люди, не надо ненавидеть из-за этого всю страну. Я был на войне во многих странах, и я видел, как это бывает: всегда есть кучка скверных личностей, но по ним ни в коем случае не стоит судить обо всех.

…Перед отъездом мы с российскими попутчиками за кружкой эля пришли к выводу: Солсбери — красивый британский город с большой историей, но ехать сюда стоит только в том случае, если не жалко потратить 90 фунтов (около 9 тысяч рублей) на поезд ради фотографии шпиля, древнейших башенных часов без циферблата и одного из экземпляров Магна Карта. В Англии достаточное количество достопримечательностей, которые надо обязательно увидеть. И собор в Солсбери — даже не в топ-20.

— Политика — она отпугивает туристов, — вдруг говорит литовка Тоня.

— Я вообще в душе космополит, — признается петербуржец Юрий, мужчина средних лет. — Я знаю, что на самом деле все мы одинаковые.

— Да и англичане знают, — неожиданно добавляет его жена. — Потому политики и строят для нас все эти заборы.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Британская разведка считает Россию причастной к отравлению экс-разведчика Скрипаля: что известно

Этот материал также доступен на украинском языке

Подписывайтесь на наш телеграм-канал.

Поделиться: