«Этот мир создан мужчинами для мужчин. Но он все равно будет разбавляться женщинами» — военная Куба

«У нас в стране все работает так, что информация идет снизу вверх. Так и с женской формой, и с тактической медициной, и сейчас с теми же НРК для эвакуации раненых. Все это сначала начинает делать какой-то энтузиаст. А потом, когда это удается реализовать, информация уже доходит до структур сверху, власти, министров, и оно начинает как-то активироваться уже на государственном уровне», — рассказывает Куба во время события «hromadske.дискурсы».

В этом разговоре с Юлией Сидоровой — о том, как изменилась армия с началом полномасштабного вторжения, какова роль женщин-военнослужащих в ней и до сих пор ли в армии есть сексизм.

Далее — прямая речь Кубы.

«Мода переплелась с войной»

Война влияет на все: на моду, на искусство, потому что мода — это тоже разновидность искусства. Если говорить обо мне, то я на войне с 2014 года. Затем имела перерыв с 2019-го по 2022-й и начала заниматься дизайном одежды, успела выступить на Ukrainian Fashion Week как раз 6 февраля — перед началом полномасштабного вторжения.

Мы закупили швейное оборудование, когда началось вторжение. Я являюсь активной участницей движения VETERANKA, поэтому мы создали цех для того, чтобы прежде всего дать женщинам женскую военную форму. На самом деле вопрос женской военной формы был открыт уже давно. Несмотря на то, что, начиная с 2014 года, его неоднократно поднимали, никаким результатом все эти разговоры не заканчивались. И вот мы в 2022 году сделали цех, а потом еще его обустроили.

Многие люди не понимают, в чем разница и зачем нужна женская военная форма, когда есть мужская. Но вы не можете просто взять и надеть мужскую форму. Достаточно посмотреть даже на меня, чтобы понять: мужская военная форма мне не очень-то подойдет. Мне в ней будет неудобно. Женщина отличается от мужчины, поэтому отличаются и лекала. Это прежде всего вопрос удобства для военных.

Если мы говорим особенно о каких-то боевых задачах, то вопрос удобства может быть вопросом выживания. Но, кроме этого, это еще и вопрос достоинства, равных прав. Поэтому я думаю, что это важный момент. И вот так у меня получилось, что мода переплелась с войной.

Из государственной формы я что-то частично могу носить. Они очень много всего выдают, но я предпочитаю выбирать то, что мне подходит. Но если это какое-то термобелье или другие такие вещи, которых в комплектации достаточно много, я не могу сказать, что армия плохо одевает бойцов.

Что касается бронежилета, то VETERANKA мне покупали облегченные плиты, а U-WIN недавно подарили новую плитоноску.

Ситуация с формой улучшается для женщин в армии, но часть обеспечения становится ответственностью общественных организаций. Часто женщины-военнослужащие именно там получают форму или другое снаряжение.

В частности, из-за этого был создан проект «неВИДИМАЯ» от EVA и социальной инициативы Arm Women Now, целью которого было собрать средства на зимнюю форму для защитниц, чтобы это была одежда, которая учитывает все их особенности. Ведь в боевых условиях форма — это прежде всего об удобстве, функциональности и возможности эффективно выполнять свою работу.

За три месяца вокруг проекта EVA и Arm Women Now объединили почти 600 тысяч благотворителей — вместе они сделали около 1 миллиона переводов и собрали более 6,2 миллиона гривен. В результате — 387 комплектов зимней формы и обуви, созданных с учетом женской анатомии, будут переданы женщинам-военнослужащим. Следующий этап проекта, а именно изготовление формы и обуви, уже начался. Первые комплекты зимней формы защитницы начнут получать уже в начале октября.

Ирина Никорак, основательница социальной инициативы Arm Women Now:

«Arm Women Now демонстрировали форму и обувь для украинских женщин-военнослужащих в штаб-квартире НАТО. Мероприятие состоялось сразу после заседания в формате “Рамштайн”, и 15 министров обороны стран-членов НАТО, а также 25 послов ЕС приняли участие в открытии этой выставки.

Я помню, как я смотрела на них и видела: они шептались со своими помощниками и заместителями. Потом мне рассказали, что они спрашивали: “А у нас в стране такое есть? У нас есть женская форма?”.

Там стояло 12 манекенов. Первый манекен с нижним бельем, а двенадцатый — total look в зимней форме: женская плитоноска, облегченная обувь. И им помощники ответили: “Нет, у нас такого нет”.

То есть мы, находящиеся в поезде, который мчится со скоростью 300 километров в час, под названием “Полномасштабное вторжение”, смогли с 2022 года начать реформу вещевого обеспечения для того, чтобы женщины могли достойно нести службу и выполнять боевые задания. А в европейских странах они к этому только приходят.

После этой адвокационной кампании мы провели подобные выставки в Швеции, Норвегии, Франции и Нидерландах. И это постепенно меняет их отношение. Одна из генералок Вооруженных сил Нидерландов сказала: “Если украинцы могут, то почему мы не можем?”. И уже с марта этого года в Нидерландах приступили к разработке собственной женской формы.

Поэтому мне кажется, что Украина здесь абсолютно прогрессивная, современная. Мы уже подаем пример. Мы являемся успешным кейсом того, как двигаемся в направлении обеспечения равенства».

Из 42 элементов боевого комплекта, которые выдают каждому военнослужащему, а туда входит все то, о чем Куба рассказывала: термобелье двух типов, зимняя форма, берцы, шлем, бронежилет и все остальное — только два предусмотрены для женщин.

Этим летом были попытки утвердить еще зимнюю женскую форму, но пока мы не преуспеваем в этом направлении.

«Комбриг, который не брал женщин, через некоторое время уже говорил: “Вот, я их так уважаю. Это мощь!”»

Мы прошли определенный путь за 12 лет войны. В 2014 году женщина даже не имела права занимать боевую должность. Но это не значит, что она не выполняла боевых задач. То есть были женщины — боевые медики, снайперы и так далее — разные, ходили в разведку с группами. Это уже сейчас все летают на разведку, а тогда еще была другая война. И при этом женщины официально занимали должности швеи, повара или еще какие-то. Движение VETERANKA в тот период занималось адвокацией этих вопросов, и уже потом открылись боевые должности для женщин.

Это официальный нюанс. Если говорить о бытовых вещах, об общении, то, конечно, многое тоже изменилось. И отношение меняется. И война меняется. Благодаря современным технологиям, чтобы убить врага, тебе необязательно брать какой-то стокилограммовый снаряд и куда-то его забрасывать.

Как часто мужчины любили говорить: «Ой, хочу посмотреть, как она это вообще поднимет». А теперь можно взять пульт и с помощью FPV-дрона или еще чего-нибудь уничтожить врага или спасти жизнь. Для женщины это не будет сложнее, например, чем для мужчины. Поэтому все больше и больше женщин приходят в армию. И это нормально.

Когда я попала в 92 бригаду в 2022 году, то там тоже был комбриг, который не брал женщин. Я, Аляска и еще одна девушка (юрист на должности делопроизводителя) пришли в бригаду, и вот он через некоторое время уже говорил: «Вот, я их так уважаю. Это мощь!».

Мы до этого были в «Кракене» и большой компанией пришли в 92 бригаду. А потом он всех парней которые были с нами, разбросал по каким-то другим бригадам, а о нас сказал: «А этих никуда не отдадим. Они пусть у нас служат». И это при том, что в начале он говорил: «Я женщин не беру», то есть женщины не могут находиться в армии.

Многое зависит конкретно от человека, от командира. Командир 4 штурмового батальона 92 бригады относился ко мне с большим уважением. Он говорил: «Юлия Игоревна, Юлия Игоревна», всем говорил: «Вы как ее назвали? Куба? Для вас это Юлия Игоревна!». И все ходили такие: «Юлия Игоревна».

А потом сменился комбат — совсем другой сам по собе, другое общение и отношение. И даже некоторые люди, которые до этого нормально ко мне относились, сразу начали подстраиваться под него… Поэтому действительно очень важно, какой командир и как он это ставит.

«Меня часто хейтят, когда я говорю, что мужчин нужно мобилизовать, а когда женщин — тем более»

Все равно мы со временем двигаемся к равенству. Потому что говорить о равенстве с другой стороны — например, когда для мужчин есть принудительная мобилизация, а для женщин нет — это не очень популярная тема. Меня часто за это хейтят. Меня вообще хейтят даже тогда, когда я говорю, что мужчин нужно мобилизовать. А если женщин — тем более.

Но мужчины тоже по-своему чувствуют несправедливость: почему они должны относиться одинаково, если они обязаны, а ты пришла только тогда, когда захотела. Но женщина, если она идет туда с мотивацией, готовится, знает, чем будет заниматься, приходит — и у нее получается.

Постепенно, опять же таки, все эти моменты — та же форма, когда уже есть мужская и женская — будут меняться. Этот мир создан мужчинами для мужчин. Но он все равно будет разбавляться женщинами, потому что у нас просто нет другого пути.

В 2014 году и у мужчин особо ничего не было. Если кто-то нашел автомат, то пошел воевать. Так было сначала. Долгое время даже за элементарные вещи, например за кровоостанавливающие турникеты, приходилось бороться. За то, чтобы эти турникеты вообще были. За то, чтобы они были качественными, чтобы все понимали, что качество имеет значение и нельзя дать какой-нибудь китайский и сказать: «Лучше такой, чем никакой».

У нас в стране во многих моментах все работает так, что информация идет снизу вверх. То есть много где наоборот: где-то сверху кто-то сидит, принимает решение и что-то вводит. А у нас это не так работает. Так и с женской формой, и с тактической медициной, и сейчас с теми же НРК для эвакуации раненых. Все это поначалу начинает делать какой-то энтузиаст. А потом, когда это удается реализовать, информация уже доходит до каких-то структур сверху, власти, министров, и оно начинает как-то активироваться уже на государственном уровне.

Юлия Сидорова (Куба) собирает на 3 НРК для подразделения медиков БПС «Медведи» 39 бригады морской пехоты. Присоединяйтесь к сбору по ссылке.

Запись события с Кубой доступна только для сообщества hromadske. Присоединяйтесь к сообществу для просмотра эксклюзивных записей.

Событие состоялось в партнерстве с сетью EVA, инициативой Arm Women Now в рамках проекта «неВИДИМАЯ» и при поддержке Фонда местного сотрудничества Посольства Финляндии в Украине. Проект призван обратить внимание на потребности женщин в армии и обеспечить их зимней формой, созданной с учетом женской анатомии.