Судьи окружного суда Гааги собрались на первое слушание по делу о сбитом боинге рейса МН17 в судебном комплексе Схипхол, Нидерланды, 9 марта 2020 года. Третий слева — главный судья Хендрик Стейнхаюс
Фото:

Александра Чернова/hromadske

«Многие люди ждали этого дня годами после ужасной катастрофы в июле 2014-го, когда 298 мужчин, женщин и детей потеряли свои жизни. Эта трагедия получила реакцию по всему миру и имела огромные последствия для родственников погибших».

После этих слов главный судья Хендрик Стейнхаюс здоровается со всеми присутствующими в зале судебного комплекса Схипхол, и судебные слушания по делу о сбитом самолете Малайзийских авиалиний в небе над Донбассом 17 июля 2014 года официально начинаются.

Первого дня суда действительно ждали все, кто тщательно следил за расследованием Объединенной следственной группы (JIT) почти шесть лет. Пока это лишь предварительные слушания, и точной даты, когда суд начнет рассмотрение по существу, никто не знает. Но в любом случае это уже переход дела на новый уровень.

Об итогах и впечатлениях от первого дня судебных слушаний hromadske рассказывает из Нидерландов.

Открытый суд

Утром 9 марта перед судебным комплексом Схипхол возле Амстердама, где вот-вот должен был начаться суд по делу МН17, было уже немало людей: в основном журналисты и родные погибших. Окружной суд Гааги зарезервировал именно это помещение из-за того, что в него помещается много людей: слушания открытые, к тому же будут транслироваться онлайн на официальном сайте суда.

Но только с десяток журналистов (в том числе и hromadske) смогли зайти перед началом слушаний в зал суда на несколько минут — чтобы сделать фото. Затем целый день, вместе с еще почти четырьмя сотнями других аккредитованных медийщиков, они работали в пресс-центре и следили за онлайн-трансляцией: помещение зала все же оказалось тесноватым.

Судьи окружного суда Гааги собрались на первое слушание по делу о сбитом боинге рейса МН17 в судебном комплексе Схипхол, Нидерланды, 9 марта 2020 года
Фото:

Александра Чернова/hromadske

Адвокаты родственников погибших в катастрофе самолета рейса MH17 ожидают открытия первого слушания по делу в судебном комплексе Схипхол, Нидерланды, 9 марта 2020 года
Фото:

Александра Чернова/hromadske

Внутри находилась украинская делегация. Это представители Офиса генпрокурора (в частности, заместитель генпрокурора Гюндуз Мамедов — новый представитель Украины в JIT), два заместителя главы Службы безопасности, посол Украины в Королевстве Нидерланды Всеволод Ченцов и заместительница директора департамента Министерства иностранных дел по международному праву Оксана Золотарева. Как рассказала потом Золотарева в комментарии hromadske, представители Украины находились в так называемой «гостевой ложе», откуда видели исключительно судей и прокуроров.

«Для украинской делегации это, с одной стороны, важный день, а с другой стороны, он вызывает очень много чувств и воспоминаний о всех наших предыдущих годах — когда собирали доказательства, когда работали над разными процессами по делу МН17. Конечно, были и очень трогательные моменты, особенно когда зачитывался список погибших лиц», — рассказала представительница МИД.

Журналисты ожидают первое заседание по делу МН17 возле судебного комплекса Схипхол, Нидерланды, 9 марта 2020 года
Фото:

Александра Чернова/hromadske

Заместитель генпрокурора Украины Гюндуз Мамедов (справа) в составе украинской делегации возле судебного комплекса Схипхол, Нидерланды, 9 марта 2020 года
Фото:

Александра Чернова/hromadske

Это был один из тех моментов, когда эмоции взяли верх: после того, как прозвучали имена всех 298 погибших, судья был вынужден ненадолго объявить перерыв в слушаниях, чтобы дать присутствующим возможность «собраться с мыслями».

«Я уже отмечал, что последствия этого дела просто немыслимые. И то, какое молчание царило в зале, когда зачитывали имена, продемонстрировало это очень четко», — сказал потом судья. Также прокурор в своем выступлении вспомнил о том, что «самому старшему погибшему пассажиру было 82, а самому младшему — меньше года».

Рисунок художника с первого судебного заседания по делу MH17 в момент, когда судья Хелен Керстенс-Фокенс зачитывает имена всех 298 погибших в катастрофе самолета над Донбассом, Нидерланды, 9 марта 2020 года
Фото:

EPA-EFE/ALOYS OOSTERWIJK

Официальная версия следствия: самолет сбили ракетой класса «земля — воздух» из зенитно-ракетного комплекса «Бук», который привезли из России. А на суде сторона обвинения добавила новые подробности: из России на Донбасс могло отправиться два «Бука», но один из них сломался по дороге.

На скамье подсудимых в Схипхоле — никого, хотя обвиняемых по делу четверо. Их будут судить за убийство 298 человек и за падение самолета.

Это трое россиян — бывший «министр обороны так называемой „ДНР“» Игорь Гиркин-Стрелков; его подчиненный, генерал-майор российской армии Сергей Дубинский, который возглавлял разведку боевиков; подчиненный Дубинского Олег Пулатов, который, вероятно, был причастен к охране установки «Бук» на месте запуска; и гражданин Украины Леонид Харченко, который вместе с Пулатовым мог сопровождать «Бук» до Снежного.

Только Пулатов формально представлен на процессе. Из трех его адвокатов в зале суда находятся двое. Защита будет выступать на процессе только с 8 июня: до этого адвокаты должны прочитать 36 тысяч страниц дела.

Судьи окружного суда Гааги собрались на первое слушание по делу о сбитом боинге рейса МН17 в судебном комплексе Схипхол, Нидерланды, 9 марта 2020 года. Слева направо судьи — Даан Гласс, Дагмар Костер, главный судья Хендрик Стейнхаюс и Хелен Керстенс-Фокенс
Фото:

Александра Чернова/hromadske

«Хотим правды, а не мести»

Родственники погибших не просто будут присутствовать на судебных слушаниях: в первый день стало известно, что 49 из них готовы выступить в суде. Еще 82 хотят сделать обращение в письменной форме, которое затем будет зачитано в суде. 84 уже сообщили суду, что будут требовать денежной компенсации. Это не окончательное количество: кто-то еще может добавить свои заявления позже.

Многие из родственников погибших приехали в Нидерланды за несколько дней до суда. Из нидерландцев погибло 195 человек, также на борту сбитого самолета находились граждане Малайзии, Австралии, Индонезии, Великобритании, Германии, Бельгии, Филиппин, Канады и Новой Зеландии. 7 марта родные собрались возле мемориала жертвам катастрофы МН17 недалеко от аэропорта Схипхол, откуда взлетал сбитый на Донбассе «боинг».

Глава Фонда МН17 Пит Плуг в Национальном мемориальном комплексе памяти жертв катастрофы самолета рейса МН17 недалеко от аэропорта «Схипхол», Нидерланды, 7 марта 2020 года. Пит потерял брата, жену брата и племянника
Фото:

Александра Чернова/hromadske

Родственники погибших в Национальном мемориальном комплексе памяти жертв катастрофы самолета рейса МН17 недалеко от аэропорта «Схипхол», Нидерланды, 7 марта 2020 года
Фото:

Александра Чернова/hromadske

Каждое дерево здесь посажено близкими или друзьями погибших, под ним табличка с именем и возрастом. Возле деревьев оставляют памятные вещи, фото и цветы. Также на территории мемориала высажены подсолнухи, символизирующие поле, где разбился самолет. Некоторые из них выращены из семян, привезенных с места катастрофы на Донбассе.

Те, кто пришли почтить память своих близких, говорят: хотят знать имена всех причастных к катастрофе, в том числе и высшего руководства, по чьему приказу выпустили ракету из комплекса «Бук». Однако, по словам родных, они не хотят мести — хотят только знать правду.

«Пять лет назад дал себе слово, что доведу это дело до конца. Наконец я могу сказать, что в понедельник (в первый день судебных слушаний — ред.) наступит момент, когда я к этому приближусь», — сказал журналистам Антон Котте, член Фонда МН17, который в катастрофе малайзийского «боинга» потерял сына, невестку и внука.

Чтобы мы создавали больше важных материалов для вас, поддержите hromadske на Спильнокоште. Любая помощь имеет большое значение.
Каждое дерево здесь посажено близкими или друзьями погибших, под каждым деревом есть табличка с именем и возрастом. Национальный мемориальный комплекс памяти жертв катастрофы самолета рейса МН17 недалеко от аэропорта «Схипхол», Нидерланды, 7 марта 2020 года
Фото:

Александра Чернова/hromadske

Член Фонда МН17 Антон Котте в Национальном мемориальном комплексе памяти жертв катастрофы самолета рейса МН17 недалеко от аэропорта «Схипхол», Нидерланды, 7 марта 2020 года. Антон потерял в катастрофе сына, невестку и внука
Фото:

Александра Чернова/hromadske

За день до начала слушаний возле российского посольства в Гааге родственники погибших устроили традиционную молчаливую акцию. Они поставили 298 белых стульев, символизирующих жизни всех, кто был на борту самолета. Рядом установили баннер с надписью на русском яыке «Человечность превыше политики» и таблички с надписью «We want truth only» («Мы хотим только правды»).

«Это шесть лет боли и печали. Я получила свой пожизненный приговор, моя боль не исчезнет никогда, и с каждым днем я скучаю по детям только сильнее. Для меня это будто бы вчера произошло, я не могу это куда-то деть, это вещь, которая контролирует твою жизнь», — рассказала hromadske участница акции, Силейна Фрейдрикс, которая потеряла сына и его девушку. Такая акция в Гааге проходит регулярно, впрочем, по словам Силейны, представители российского посольства никогда на нее не реагируют.

Традиционная молчаливая акция, организованная родственниками погибших пассажиров рейса MH17, возле посольства России в Гааге, Нидерланды, 8 марта 2020 года
Фото:

Александра Чернова/hromadske

Силейна Фрейдрикс, которая потеряла в катастрофе сына и его девушку, на молчаливой акции, организованной родственниками погибших пассажиров рейса MH17, возле посольства России в Гааге, Нидерланды, 8 марта 2020 года
Фото:

Александра Чернова/hromadske

«Ошибочно попасть в другой самолет — тоже убийство»

Россия отрицает какую-либо причастность к катастрофе, несмотря на доказательства следствия. Но действительно ли обвиняемые руководствовались приказами российского военного командования — суду еще предстоит выяснить. В любом случае их будут судить за убийства. «Если ты стреляешь в кого-то, промазываешь и ошибочно попадаешь в другой самолет — это тоже убийство», — отметил прокурор.

«К подозреваемым будет применяться уголовное право — независимо от того, хотели они сбить военный самолет или гражданский. Обвиняемые не выполняли требований международного права, а наоборот — нарушали его. И не могут ожидать оправдания своих действий по международному гуманитарному праву. Это означает, что их можно судить за убийство и сбитие гражданского самолета», — заявил во время слушаний обвинитель Вард Фердинандюсс.

На суде присутствует защита Олега Пулатова — суд расценил это как подтверждение того, что он получил повестку о вызове в суд. Защитники во время заседания заявили: их клиент не считает себя виновным. Как рассказали в суде, повестка официально поступила Пулатову по адресу регистрации в Москве 20 октября 2019 года на голландском и русском языках, а позже запрос на правовую помощь был передан Генпрокуратуре РФ, откуда поступил в Минюст РФ.

Гиркину повестку вручить не смогли, так как все возможные адреса его проживания оказались неправильными, а в российский суд для вручения документов он не явился. Тогда прокуратура обратилась к нему через все возможные аккаунты в соцсетях и мессенджерах, но ответа не получила. Позже через российский Интерфакс Гиркин заявил, что в суд не придет. Так же через мессенджеры следствие искало Харченко и Дубинского — но без ответа.

9 марта нидерландское издание AD со ссылкой на слова самого Дубинского, его друзей и знакомых сообщило, что обвиняемый ведет роскошный образ жизни в России и не боится судебного заседания в Нидерландах. На вопрос, чувствует ли Дубинский беспокойство из-за начала судебного процесса, тот ответил, что ему от этого «ни тепло, ни холодно».

Спасатели ищут и переносят тела погибших и части самолета на месте катастрофы Boeing 777 Малазийских авиалиний рейса MH17, который сбили на Донбассе, 19 июля 2014 года
Фото:

EPA/ANASTASIA VLASOVA

Закрывать или не закрывать авиапространство?

Еще один месседж, который прозвучал в первый день слушаний от стороны защиты: почему «не был достаточно расследован» вопрос закрытия воздушного пространства Украиной.

«Суд никогда не рассматривал, почему над Украиной не закрыли воздушное пространство. Мы убеждены, что это неправильно. Ответственность за ограничение движения или вообще перекрытие пространства лежит на государстве, которому принадлежит авиапространство», — заявил один из нидерландских адвокатов Пулатова Бодевайн ван Эйк.

Закрытие авиапространства — это право, но не обязанность каждого государства, пояснил в эфире программы «Нині вже» на hromadske эксперт по авиационному праву Андрей Гук. А представительница МИД в украинской делегации Оксана Золотарева назвала утверждение защиты манипулятивным.

«Недаром нидерландский прокурор в начале своей речи обращал внимание на то, что это дело не о закрытии Украиной авиапространства. Это совсем о другом. Но это тактика линии защиты — перекручивать фокус внимания от подозреваемых на другие детали. Мы знаем, что прокуроры дадут достойный ответ на вопрос, почему Украина не закрыла свое воздушное пространство», — отметила Золотарева.

***

Четкого плана, кто будет выступать в суде и какие вопросы будут рассматриваться, нет даже на ближайшие дни. Тем более неизвестно, насколько долгим будет процесс, говорит в конце первого дня судебных слушаний судья Йоланда Вейннобел, ответственная за работу со СМИ в деле МН17. С журналистами она общается исключительно на нидерландском с переводчиком, как и другие судьи, хотя хорошо понимает английский — таковы особенности процедуры.

Известно, что зал судебного комплекса зарезервирован с 9 по 13 марта, с 23 по 27 марта, с 8 июня по 3 июля, с 31 августа по 13 ноября 2020 года и с 1 февраля по 26 марта 2021 года. Но, по оценкам экспертов, окончательное решение могут принять только через четыре-пять лет после начала слушаний. За это время в процессе могут появиться новые обвиняемые, адвокаты и новые подробности дела.

Поделиться: