Открытие памятного камня во время церемонии закладки сквера памяти жертв авиакатастрофы в небе над Ираном, территория аэропорта «Борисполь», 17 февраля 2020 года
Фото:

EPA-EFE/SERGEY DOLZHENKO

***

За полгода после признания Ирана, что это он сбил Boeing-737 украинской авиакомпании «Международные авиалинии Украины», по делу все еще остается много неизвестного. Расследование продолжается, и Иран уверяет, что готов к сотрудничеству с Украиной. Впрочем, бортовые самописцы даже после давления всех стран, участвующих в расследовании, еще не отправлены во Францию, а обещанные компенсации родственникам погибших до сих пор не оплачены.

Эта авиакатастрофа произошла неподалеку Тегерана 8 января, как только самолет вылетел из аэропорта. Все 176 человек на борту погибли, в том числе 11 украинцев.

hromadske подытоживает, что мы сейчас знаем о расследовании, как реагирует Украина и будет ли обращаться в международные суды, о чем ранее говорил Владимир Зеленский.

Кто в конце концов расшифрует черные ящики?

После катастрофы Управление гражданской авиации Ирана объявило, что будет самостоятельно заниматься расшифровкой, но позволит украинским экспертам присоединиться к процедуре. Затем официальный Тегеран заявил, что бортовые самописцы «очень повреждены», поэтому если иранские и украинские специалисты не смогут получить с них информацию, их передадут экспертам из Франции (независимая третья сторона) или Канады (63 граждан погибло на борту).

Зимой Иран решил, что не будет отправлять ящики в Украину. А в конце июня согласился отдать самописцы Франции. Если ничего не изменится, 20 июля Франция получит самописцы на расшифровку. Это произойдет более чем через полгода после того, как Владимир Зеленский и Эмманюэль Макрон договорились о сотрудничестве по этому делу.

Первого июля стало известно, что к процедуре расшифровки привлекут еще и Канаду и Украину — мы это приглашение получили от Франции. Речь идет о делегации из двух украинских экспертов. Заместитель министра иностранных дел Евгений Енин говорит, что они должны прибыть во французский Лион 20 июля. В тот же день должен начаться и этап расшифровки. Длиться она будет не более пяти дней.

«Задача Украины обеспечить максимальный уровень международного признания фактов незаконного вмешательства в случае с рейсом PS752. Это приблизит нас к установлению справедливости и достойных компенсаций семьям погибших», — говорит Енин.

Расшифровывать будут два бортовых самописца — фиксирующий все параметры полета и информацию за пределами самолета, а также тот, который записывает голосовые коммуникации внутри и вокруг кабины пилотов.

Работники экстренных служб ходят среди обломков самолета МАУ, который перевозил 176 человек и разбился возле аэропорта в Тегеране, Иран, 8 января 2020 года
Фото:

EPA-EFE/ABEDIN TAHERKENARE

Иран сотрудничает или нет?

В тот же день, когда во Франции начинается расшифровка «черных» ящиков, Иран может начать двусторонние переговоры с Украиной по поводу сбитого самолета. Еще в июне президент Владимир Зеленский говорил о создании украинской делегации, которая будет принимать в них участие.

«Исламская Республика Иран всегда заявляла о готовности к переговорам с украинской стороной, руководствуясь действующими нормами международного права, связанными с этим вопросом, и полные, исчерпывающие тексты в этом отношении были представлены украинской стороне в течение прошлых месяцев, однако до сих пор это осталось без ответа», — отметили в посольстве Ирана в Украине.

Ранее Евгений Енин сообщал, что МИД Украины отправляло Ирану ноту относительно старта переговоров по выплате компенсаций семьям погибших и получило отказ. На все остальные наши ноты, говорят в МИД, Тегеран не отвечал. А вот в посольстве Ирана в Украине уверяют, что все не так: иранская сторона не оставила без ответов ноты Украины, и эти ответы даны или официальными нотами, или во время официальных встреч.

2 июля страны, потерявшие граждан в катастрофе — Канада, Швеция, Афганистан, Германия, Великобритания и Украина, подписали с Ираном меморандум о выплате компенсаций семьям погибших. Документ признает Украину спикером, то есть именно она официально может вести переговоры с Ираном от имени пяти стран.

«Я рад, что участники группы поддержали нашу инициативу. Это важно, потому что теперь мы формализовали общий подход в межгосударственных переговорах по привлечению Ирана к ответственности», — заявил глава МИД Украины Дмитрий Кулеба.

Церемония прощания с погибшими в катастрофе самолета МАУ в Иране, международный аэропорт «Борисполь», Киев, 19 января 2020 года
Фото:

EPA-EFE/SERGEY DOLZHENKO

смотрите также фоторепортаж hromadske из аэропорта «Борисполь»

Кого уже наказали?

Зимой Иран объявил, что уже арестовал «тех, кто несет ответственность» за сбитый украинский самолет, но не назвал их имен. В начале июня появилось несколько подробностей — Голамхосейн Эсмаили, представитель судебной власти страны, сказал, что по делу о сбитом самолете МАУ задержали шесть человек: трое из обвиняемых освобождены под залог, а трое других находятся под стражей.

Но чуть позже Голам Аббас Торки — военный прокурор столичной провинции, заявил, что власти Ирана арестовали трех (а не шесть) человек. Он также предположил, что катастрофа произошла из-за «человеческого фактора», а не через ошибочно отданный военным командованием приказ.

Через несколько дней после катастрофы сообщалось, что среди арестованных — человек, который снял на видео момент катастрофы и выложил его в сеть. Американские СМИ тогда отмечали, что, вероятно, именно эта видеозапись стала доказательством того, что именно Корпус стражей Исламской революции (КСИР) — военно-политическая структура, действует параллельно с армией Ирана, — попал по «Боингу». Он, собственно, и взял на себя ответственность за случившееся.

В апреле официальный Тегеран заявлял, что из-за сбивания самолета МАУ никого из военных не задержали. Член комиссии по вопросам законодательства и юстиции парламента Ирана Хасан Норузи объяснил, что это «правильно», ведь на момент катастрофы самолет якобы «уже не был под контролем диспетчерской башни, а оказался под контролем Америки».

Стоит напомнить, что сбивание украинского Боинга произошло в самый разгар эскалации между США и Ираном: накануне американские военные убили командира спецподразделения КСИР Касема Сулеймани. А еще, по мнению Норузи, самолет «МАУ» якобы был в Израиле за неделю до атаки, там «его систему безопасности взломали и перехватили управление».

Иран отмечает, что расследование почти завершено: единственный этап, который еще остался — расшифровка бортовых самописцев. И он якобы не так важен: «Мы не считаем, что черные ящики содержат какую-нибудь важную информацию, которая будет полезна для нашего расследования», — говорит Мохсен Бахарванд, заместитель министра иностранных дел по международным и правовым вопросам Ирана.

Волонтеры Красного Креста на месте падения самолета украинской авиакомпании МАУ недалеко от аэропорта «Имам Хомейни» в Тегеране, Иран, 8 января 2020 года. Самолет Boeing-737 разбился почти сразу после взлета утром 8 января. На борту находились 167 пассажиров и 9 членов экипажа, все они погибли
Фото:

EPA-EFE/ABEDIN TAHERKENAREH

Будет ли международное правосудие?

21 июня Владимир Зеленский заявил, что Украина будет вынуждена подать иски в международные суды против Ирана, если власти этой страны не выполнят обязательств. Президент говорит, что рассчитывает на результат в этом деле, и речь идет не только о бортовых самописцах.

«Они не только не возвращают нам черные ящики, есть и другие их обещания. Они должны официально извиниться. Они должны заплатить адекватные компенсации... они должны сделать то, что обещали. В противном случае у нас не будет другого выхода только обращаться в международные суды», — сказал Зеленский.

Заместитель генерального прокурора Украины Гюндуз Мамедов тоже подтвердил, что есть несколько судебных инстанций в Гааге, к которым может обратиться Украина по поводу сбитого самолета. В частности речь идет о Международном суде ООН. Но Евгений Енин говорит, что серьезно такой вариант пока не рассматривается:

«Прежде всего мы настроены на конструктивный и максимально быстрый переговорный процесс с иранской стороной. Именно на это мы полагаемся на данном этапе и не более. [...] Обращение в суд является крайним средством защиты наших интересов. Я очень хотел бы верить, что мы достигнем результатов во внесудебном порядке».

Поделиться: