Лефортовский суд Москвы продлил на 3 месяца арест 24 военнопленным украинцам (22 морякам и двум представителям СБУ), удовлетворив ходатайство следователей ФСБ России. Заседание по просьбе стороны обвинения прошло в закрытом режиме, впрочем, нам удалось пообщаться с моряками. Детали из зала российского суда — в репортаже Громадского.

Самый «гуманный» суд

Москва. 17 апреля 9 утра. У входа в Лефортовский суд Москвы — около сотни человек. Все они пришли на заседание о продлении ареста украинским морякам. Здесь и родные моряков, и адвокаты, консулы, украинский омбудсмен, волонтеры. Последние накануне выстояли в СИЗО «Лефортово» около 10 часов для того, чтобы передать вещи и продукты военнопленным.

Журналистов на этот раз не так много. Еще меньше украинских СМИ. На входе нас узнает работник судебного пристава, просит «не безобразничать», а затем следит за любыми действиями. Время от времени его подчиненные просят показывать отснятое видео. Российским журналистам такого внимания не уделяют.

«Мы не тешим себя иллюзиями о том, что суд примет справедливое решение. За пять лет такого не случалось. Все зависит от решения Кремля», — говорит Николай Полозов, адвокат и спикер группы защитников.

Нам сообщают, что судить моряков будут, разделив на шесть групп по четыре человека. Дела слушают три судьи: Альбина Галимова, Елена Канева и Сергей Рябцев.

Около 10 часов в зал заводят первую четверку: Романа Мокряка, Сергея Цибизова, Андрея Опрыска, Сергея Семидоцкого. Ребята шутят, обращаясь к волонтерам: «Передайте нам новый катер, пожалуйста!» И уверяют: «Даст Бог — скоро будем дома!».

Судья ставит ряд вопросов, моряки отвечают только на три: о возрасте, звании, дате и месте рождения. На все остальные ответа не дают, ссылаясь на статус военнопленных.

Следователи ФСБ просят закрыть заседание, якобы из-за имеющейся в ходатайстве секретной информации, разглашение которой может навредить дальнейшему расследованию. Сторона защиты это отрицает. Впрочем судья удовлетворяет ходатайство. Журналистов, родных и волонтеров просят покинуть зал.

Вторая группа: Сергей Попов, Богдан Головаш, Владимир Терещенко, Андрей Шевченко.

Последний держит листок с поздравлением жены Анастасии с Днем рождения и передает ей несколько теплых слов. Его сестра рассказывает — готовился к этому заранее и просил через адвокатов передать лист и карандаш, а кроме этого, через родных отправил ей букет цветов и подарок.

Третья четверка: Денис Гриценко, Андрей Драч, Вячеслав Зинченко, Михаил Власюк.

Ребята кричат «Слава Украине!», улыбаются родным в зале и передают всем украинском привет.

Следующая группа: Богдан Небылица, Юрий Будзило, Владимир Лесной и Юрий Безъязычный.

Увидев нас, украинских журналистов, шутят: «Точно для какого-то документа фотографируют».

Следующие — Виктор Беспальченко, Владислав Костишин, Владимир Варимез, Сергей Чулиба.

Они рассказывают, что условия содержания у них «более или менее нормальные», впрочем, всем очень хочется домой — в Украину.

Последними судят раненых моряков Андрея Эйдера, Андрея Артеменко, Олега Мельничука и Василия Сороку. Последний — с перебинтованной рукой. Ему недавно сделали операцию. Говорит, что чувствует себя нормально.

Попытку пообщаться с двумя другими ранеными блокируют представители ФСБ и выставляют нас из зала за дверь.

Основательные доказательства ФСБ?

Россия обвиняет украинских моряков в незаконном пересечении границы. Ребятам грозит до шести лет лишения свободы, их будут судить как организованную группу. В ходатайстве о продлении ареста следствие отмечало, что моряки являются уголовными преступниками, могут уйти от следствия, оказать давление на свидетелей и уничтожить доказательства.

Во время заседания адвокаты моряков просят отвода судей и передать дело в военный суд. Им отказывают.

Ранее следствие продлили до августа 2019 года, обвинение просило больше времени для проведения еще одной экспертизы и получения результатов предыдущих. Поэтому, вероятно, ознакомление с материалами дела начнется в конце лета. Защитники объясняют, что позиция обвинения неконструктивная:

«Никакого незаконного пересечения границы Российской Федерации не может быть там, где у Украины есть право законного транзитного прохода в свои порты. Между Украиной и Россией существует договор, который подписывался Путиным, и он не был денонсирован», — рассказывает адвокат Сергей Бадамшин.

Владимир Лесной, Юрий Безъязычный, Богдан Небылица, Юрий Будзило в Лефортовском суде Москвы, Россия, 17 апреля 2019
Фото:

Виктория Рощина/Громадское

Носить военную форму

Позиция защиты неизменна: моряки — военнопленные. Во время заседания адвокаты присоединили к делу резолюцию Парламентской ассамблеи Организации Объединенных Наций и отчет управления комиссара ООН по правам человека, которые подтверждают этот факт.

«Мы будем это (продление ареста — ред.) Обжаловать, но прежде всего для выполнения процедуры обращения в Европейский суд по правам человека. У нас работает команда в Украине, которая занимается подготовкой жалоб и в Европейский суд, и в другие международные инстанции. В марте мы уже подали два пакета документов: первый касается избрания меры пресечения в судах в ноябре и декабре — в Крыму. Второй документ — о продлении содержания под стражей в январе», — рассказал адвокат.

Также защита настаивает на том, что Россия нарушает нормы международного права, удерживая военнопленных в СИЗО. Согласно третьей Женевской конвенции об обращении с военнопленными их должны освободить, организовать для них временный лагерь и дать возможность носить военную форму. Невиновность украинских моряков объясняется и тем, что у них был иммунитет в открытом море, к тому же, они действовали официально и законно, имея необходимые разрешения. Соответственно, заявляют защитники, России может грозить международный трибунал за проявленный акт агрессии.

К тому же, абсурдным адвокаты называют обращение с моряками, ранеными в результате открытого огня со стороны России по украинским катерам. К примеру, Василию Сороке, у которого были повреждены сухожилия и в теле которого обнаружили 8 обломков, в течение трех месяцев кололи витамины вместо срочной госпитализации.

По делу Эйдера и Артеменко адвокаты будут настаивать на повторном обследовании, ведь в их телах остаются осколки, и ребята продолжают жаловаться на плохое самочувствие:

«Насколько мне известно от коллег, им тоже не предоставляется вся медицинская помощь», — рассказал адвокат Василия Сороки Сергей Бадамшин.

Вячеслав Зинченко (слева) и Денис Гриценко в Лефортовском суде Москвы, Россия, 17 апреля 2019
Фото:

Виктория Рощина/Громадское

Вопрос политический

Адвокат Николай Полозов уверяет, что решение об освобождении украинских моряков является политическим и зависит от обеих сторон — Украины и России.

«Не так давно один политик вел переговоры с Владимиром Путиным, я имею в виду Виктора Медведчука, и там обсуждался вопрос военнопленных моряков. По моему мнению, тот политик, который разговаривал с Путиным, и его политическая сила намерены участвовать в парламентских выборах в Украине и думаю, что дело моряков будет использоваться как некий рычаг, чтобы таким образом формировать общественное мнение внутри Украины относительно этого политика и его политсилы», — рассказал Николай Полозов.

Министерство иностранных дел Украины назвало решение Лефортовского суда неправомерным, указав на нарушение Россией Конвенции ООН по морскому праву и Третьей Женевской конвенции об обращении с военнопленными. Ведомство требует от Российской Федерации немедленно предоставить медицинские документы о состоянии здоровья и ходе лечения раненых украинцев и уже обратилось в Международный трибунал по морскому праву относительно применения временных мер против России для освобождения 24-х украинских моряков и трех судов.

Ждут с нетерпением

После объявления решений о продлении ареста на три месяца родные моряков и волонтеры выкрикивали «Ганьба русским судам». В зале также присутствовал архиепископ Климент, который благословил моряков и поздравил с Пасхой.

После заседания родные рассказывают, как трудно далась встреча и говорят, главное — возвращение ребят домой.

«Мы не знаем, от кого это зависит. От нас это не зависит. Но мы хотим, чтобы они как можно быстрее были дома — это точно», — говорит Алина Безъязычный, мама Юрия Безъязычного.

***

Напомним, утром 25 ноября 2018 украинские корабли и рейдовый буксир планово вышли из порта Одессы в порт Мариуполя. Во время выполнения этой задачи российское судно протаранило украинский буксир и повредило его. При выходе из Керченского пролива российские суда обстреляли и захватили украинские корабли. Всего на трех судах были 24 украинских военных, двое из них — служащие СБУ. Трое из них получили ранения.

Всех украинцев обвинили в незаконном пересечении границы Российской Федерации в Черном море. 29 ноября их вывезли в СИЗО Москвы.

Поделиться: